Среди существ, обнаруженных в зонах аномалий, преобладала низшая нематериальная нежить. Умертвия, неупокоенные души, полтергейсты — стандартный набор деревенских монстров, которыми пугают доверчивых детишек. Такие сущности обычно проявляются в районах нестабильности магического фона или на местах трагедий. А вот зомби в окрестностях Зиррода меня очень даже зацепили. Мертвые не восстают сами по себе и уж никак не передвигаются организованными колоннами. Еще перед началом упадка города, несколько свидетелей утверждали, что видели цепочку зомби, двигающихся в сторону Зиррода. На их заявление никто не обратил внимания. Очевидцы имели репутацию пьяниц, кроме того, всем известно, что поднять труп может только маг некромант или маг высокого уровня силы. Некромантов на севере Тхератта в то время не было зарегистрировано, а могущественные маги всегда на виду общественности.
Я записала имена свидетелей, особо не надеясь, что это поможет расследованию. Ими были селяне из соседнего с Зирродом Крунху. Даже если инцидент с зомби имел место быть, вряд ли это как-то связано с воронками. Существо, к какому бы виду нежити оно не относилось, не может поднимать мертвых. Для этого нужно как минимум быть живым. Фейт, если он его преемник, вполне мог бы. Но зачем? Да и, насколько я припоминаю, племянник Абархама никогда надолго не покидал пределов Ксиана. Дядюшка всегда заботился о том, чтобы его родственнику доставались лучшие места практики, а затем и работы.
Показания горожан о «Мятной пастиле», собранные братьями, тоже не представляли ценности. Везде провал. Некоторые из жителей оказались слабыми сенсорами, кое-что почувствовали, но никто из них не смог толком описать, что именно. И естественно, никто из них не обратил внимания на посетителей борделя, куда ежедневно заглядывают десятки мужчин и даже женщины.
Через час я смогла забрать у помощника Эйрика копии протоколов для Абархама и грамоту тайной службы. Чтобы не терять время на обратном пути, сразу забрала из хозяйственного блока инструменты для Джера. Молоток и зубило отлично разместились на дне саквояжа, а вот с кувалдой пришлось идти до улице до штатного кэба. На меня оглядывались, смотрели, подозрительно и опасливо. На мгновение представила, как вхожу в Орден с кувалдой через плечо. От таких мыслей на лице заиграла предвкушающая улыбка и прохожие стали меня откровенно сторониться. Мне было плевать. Я села в кэб и назвала знакомому молчаливому извозчику адрес главного здания Ордена.
Лучше было дойти пешком. Брусчатка не везде положена ровно, на каждой кочке мне казалось, что мозг бьется о стенки черепа. Незабываемое ощущение, которое возникает только при жутком похмелье или, в моем случае, после сильного магического отката. К концу поездки меня сильно мутило. Выбравшись на свежий воздух, я первым делом оперлась об орденский забор и восстановила дыхание. Мимо меня проносились счастливые ученики, которым выпала честь проходить практику в Ксиане и менее радостные адепты, коим следовало присматривать за этой оравой. Некоторые маги узнавали меня и сразу же отворачивались, всем своим видом выражая крайнюю степень презрения. Другим было неловко и они опускали взгляд. Зря я все-таки не захватила кувалду.