Скафандры и шлемы занимали большую часть грузового отделения за пассажирскими креслами – по четыре, как и полагается. Они оказались военными аварийными моделями и все еще в заводской упаковке. На каждом картонном ящике красовалось название фирмы («Мишелин», S.A.) и стояла дата выпуска (двадцать девять лет назад).
Если позабыть, что за это время из пластиков и эластомеров – то бишь шлангов, прокладок и прочего – улетучились пластификаторы, а некий остряк-самоучка не удосужился снабдить их баллонами с воздухом, то вид у скафандров был просто щегольский. Для бал-маскарада.
Однако выбирать нам не приходилось, и я мысленно приготовился вверить свою жизнь одному их этих шутовских нарядов минут на пять. А то и на целых десять, если альтернативой станет необходимость подышать вакуумом.
Но если бы мне предложили или надеть скафандр, или помериться силами с медведем гризли, я, не раздумывая, завопил бы:
– Подавайте сюда вашего медведя!
* * *
Нас вызвал капитан Мэрси и сообщил, что наши координаты, судя по сделанному спутником снимку, – тридцать пять градусов и семнадцать минут северной широты и четырнадцать градусов семь минут западной долготы.
– Я уведомил о вас поселения «Иссохшие кости» и «Сломанный нос» – они к вам ближе всех. Удачи.
Я попытался выжать из компьютера телефонный справочник Луны. Он продолжал валять дурака – я не смог заставить его выдать содержимое даже собственного диска. Тогда я подбросил ему пару простеньких задачек, и он принялся настаивать, что 22=3, 99999999999999… Когда же я попытался заставить его признать, что 4=22, он очень рассердился и заявил, что 4=3, 1415925635897932384626433832795028419716939937511… И я сдался.
Я оставил одиннадцатый канал включенным на полную мощность и спустился с потолка. Гвен успела переодеться в голубое облегающее платье, дополнив его огненно-алым шарфиком. Вид у нее был весьма привлекательный.
– Милая, – заметил я, – я полагал, что все твои наряды остались в Голден Руле.
– Я успела кое-что сунуть в маленький чемодан, когда мы решили бросить багаж. Я не смогу притворяться японкой, умывшись… полагаю, ты уже заметил, что я так и поступила.
– Заметил. Только не очень старалась – особенно когда мыла уши.
– Вот привереда! Я лишь смочила платочек водой из нашего драгоценного запаса. Любимый, я не смогла прихватить для тебя костюмчик для сафари или нечто в этом роде. Но чистые шорты и пара носков найдутся.
– Гвен, ты не только полезна, ты еще и эффективна.
– Ах, «полезна»!
– Весьма, дорогая. Именно поэтому я на тебе женился.
– Вот даже как! Ну, погоди, когда я оценю степень оскорбления и предъявлю счет, ты будешь платить… и платить… и платить, платить, платить!