— Не зна-а-аю даже. Когда над горящим островком пролетали, я дымом надышалась. После него такая легкость в бревнах появилась…
— Избушка, снижаемся!
— Думаешь, еще где-нибудь на дымок наткнемся?
— Надеюсь и молю всех богов, что нет. Избушка, миленькая, снижайся, а?
— Зачем? Хорошо ведь летим! Ой!
И вот после этого «ой» я действительно вцепилась в подоконник, чтобы не свалиться от сильного удара. Помогло это мало. Не знаю, что там происходило снаружи, но избушке явно пришлось несладко. Я ощутила только удар, следом за которым последовало головокружительное падение моего летательного средства вниз. Меня бросало из стороны в сторону. Несколько раз я больно приложилась спиной о стену, отбила руку и, как заключение, стукнулась головой с такой силой, что на мгновение свет померк.
Когда пришла в себя и выглянула в окно, не смогла сдержать вздоха облегчения. Мы приземлились. Избушка, постанывая и кряхтя, пыталась подняться на ноги, но выходило не очень. Я же, переждав приступ дурноты, открыла дверь и вывалилась на улицу, скатившись прямо в густую прелую листву. Некоторое время полежала, рассматривая непривычно серое небо, а потом обратилась к Избушке:
— Что случилось?
— Купол. Не сразу заметила… Прости.
— Ничего, пару ссадин и синяков переживу. Ты-то как?
— Повредила крыло и лапку. Ничего серьезного, но пару часов придется посидеть на земле, восполнить силы.
— Тогда сиди, отдыхай, а я пойду искать Ядвигу Еловну. Кстати, не знаешь, в каком направлении двигаться?
— Объяснить трудно, но я могу показать! На вот!
И с этими словами мне вручили маленькое белое перышко, выдернутое из крыла. Взяв его в руки, я повертела и с недоумением посмотрела на родное общежитие.
— На ладошку положи…
Положила. Подождала. Потыкала пальцем. Опять подождала. А когда перышко плавно поднялось в воздух, пискнула от испуга и чуть повторно не оказалась на земле.
— Слушай и внимай мне, Яника. Я буду твоим координатором! Следуй за этим перышком, как за GPS-навигатором. И верь в лучшее, дитя мое.
— В лучшее — в смысле, что дойду быстро?
— В лучшее — в смысле, что я не вырублюсь и ты в принципе хоть куда-то дойдешь.
Да-а-а, утешили так утешили! У меня даже слова от возмущения пропали. Поэтому, махнув Избушке рукой, я медленно поковыляла за перышком, прихрамывая на правую ногу и костеря некоторых летунов с лишением.
Невидимый купол, который «уронил» избушку, меня пропустил. Но весьма неохотно и с большим сопротивлением, так что даже пришлось немного повоевать. И все-таки я прошла! Но радость от маленькой победы была недолгой.