имеют дело с онкологическими заболеваниями у детей. Мой словарный запас растет с каждой
минутой.
Внутри оно огромное, полное блестящих этажей и знаков, указывающих на места, где люди
лечат множество болезней со страшными названиями, многие из которых я впервые слышала. В
коридорах улыбчивый персонал в красочной униформе спешит мимо семей с серыми лицами,
точно такими же, как у мамы и Авы, когда они впервые узнали. Как и все, мы выглядим
потерянными.
Мы тратим двадцать минут, чтобы найти коридор, где врач-консультант Авы, доктор
Христодулу, принимает пациентов. Несмотря на то, что папа – высококвалифицированный
академик, он, кажется, не может следовать простым указаниям.
Мы сидим в зале ожидания, избегая смотреть в глаза другим семьям. Машинально мама и
папа оглядываются по сторонам, чтобы найти что-нибудь почитать. Вы не можете быть
переводчиком с французского и бывшим профессором истории, если всю жизнь вы не читаете
почти все, что попадает вам в руки. Мама берет единственную газету. Папа уходит в журнал с
большим количеством записей, который, как оказалось, называется «Хорошее Домоводство». Все
равно он его читает. Возможно, он найдѐт несколько советов для стирки. Ава уже полностью
погрузилась в чтение старой копии «Мари Клер». Так что для меня остается только «Hello!». Я
скоро буду знать о красивых домах и неудачливых в любви жизнях второсортных знаменитостей
больше, чем когда-либо хотела или нуждалась. К счастью, врач-консультант управляется на пять
минут раньше графика. Голова медсестры появляется в двери зала ожидания, чтобы показать, что
можно войти.
Консультация идѐт как в тумане. Доктор Христодулу не так стар, как я ожидала, – на самом
деле моложе Папы, с гладким, без морщин лицом и чѐрными волнистыми волосами. Должно быть,
он закончил обучение очень быстро. Интересно, он действительно уже может быть
"высокоуважаемым экспертом‖. Но ради Авы, он должен быть.
Он объясняет, что тип еѐ лимфомы называется болезнью Ходжкина. Шишка у неѐ на шее –
не опухоль, как я себе это представляла, а увеличенные лимфатические узлы. Я не знала, что у нас
есть лимфатические узлы, но теперь я знаю, и у Авы рак. Как только они узнают, как далеко он
распространился, то начнут применять химиотерапию, много сильных лекарств, которые
несколько недель будут заполнять еѐ кровь, пока не избавятся от болезни. И если это не сработает,
они попробуют лучевую терапию.