Пригнувшись, он осторожно крался по крыше к вышке. Но тут охранник повернулся, разом увидев Руби, Чиуна и бросившегося к нему Римо. Вскинув винтовку, он прицелился в Римо и...
Ба-бах! Пуля 38-го калибра вошла часовому точно между глаз.
– Не надо бы этого делать, – пожурил девушку Чиун. – Он не повредил бы Римо.
– При чем здесь Римо? – удивилась Руби. – Он мог бы повредить мне. Если бы у него мозгов было побольше. Главная добыча для них – я. – Она улыбнулась неожиданно пришедшей мысли. – А случись что со мной, плакали бы твои двадцать процентов.
– Сорок, – поправил ее Чиун.
– Тридцать, – подытожила Руби. – Только следи за этим простофилей.
Римо повернулся к ним с недовольным лицом. Часовой, перевалившись через низкие поручни, полетел вниз, тяжело рухнув на крышу. Выпавшая из его рук винтовка, громыхнув по железу, подпрыгнула.
Римо побежал назад.
– Надо поскорее сматываться!
Корасон видел их снизу – темные силуэты на фоне почти белого неба Бакьи.
Вцепившись в аппарат, он подкатил его ближе и, уже не таясь, нажал нужную кнопку. Аппарат глухо заурчал и издал громкий треск.
Корасон промахнулся. Пучок зеленых лучей проплыл над крышей, никого не задев. Ударившись в дверь, ведущую на лестницу, он дернулся и слегка зацепил троих американцев призрачным сиянием.
Римо еле вымолвил:
– Нам бы лучше...
Он хотел прибавить «поторопиться», но язык не повиновался ему. С удивлением, безмолвно молящим о помощи выражением глянул он на Чиуна, но глаза старого учителя закатились, ноги задрожали и согнулись в коленях, и он медленно опустился на крышу. Римо замертво свалился на него.
У Руби не было времени предаваться размышлениям, почему она уцелела, а Римо и Чиун пострадали. Будет время – подумаем позже. Сначала – вещи поважнее. Самые главные. Добравшись до края крыши, она приготовилась совершить головокружительный прыжок со второго этажа и бежать сломя голову. Но в последнюю минуту обернулась. Римо и Чиун лежали, напоминая кипу подготовленного для стирки неразобранного белья – Римо представлял здесь хлопок, а Чиун – шитую шелком парчу.
Она снова приготовилась к прыжку и снова обернулась.
С тяжелым вздохом отошла от края и, прихватив винтовку охранника, подбежала к Римо и Чиуну.
– Вот, черт! Так я и знала, что этот лопух все испортит.
Корасону снизу не было видно, задели ли Римо и Чиуна первые лучи. Поэтому он продолжал поливать потоком зеленого света крышу, но из-за того, что они лежали, лучи проходили над ними, не причиняя дальнейшего вреда.
Но Руби Гонзалес не желала рисковать.
Чтобы лучше прицелиться, она легла на крышу и выстрелила в аппарат Корасона. Пуля, не попав в цель, только сняла металлическую стружку с угла ящика.