Крылья для ангела (Басов) - страница 4

Сначала крылья рванули его вперед, он чуть изменил угол атаки, взмахнул ими еще раз, сильнее и шире, и... взмыл в воздух. Прямо вверх, словно подпрыгнул на месте. Конечно, при этом он довольно чувствительно стукнулся о балкон четвертого этажа, но голова все равно болела, так что Чулков даже не обратил на это внимания.

- Мам, смотри, что они делают! - заорала дочь. Жена, свирепо рыча, бросилась в большую комнату.

Это придало Чулкову сил. Он перебрался через ограждение, взмахнул руками еще раз и бросился в пустоту, надеясь, что если крылья и не подхватят его, то удастся спланировать на них и не очень ушибиться.

Ощущение полета возникло сразу, как иногда во сне мгновенно приходит состояние парения. Это и было похоже на сон.

Вот Чулков изо всех сил машет руками, вот удивительным образом находит под крыльями опору, вот зависает на месте, тут же соскальзывает чуть ли не до первого этажа, но опора под руками становится уже совершенно ощутимой...

Он поднажал и начал подниматься. Промчался над крышами машин, поднялся еще немного и сумел перемахнуть через оставшиеся реденькие кусты боярышника. Снова напрягся, замахал руками чаще и оказался на уровне своего третьего этажа.

Жена с балкона кричала во весь голос:

- И так, окаянный, про тебя все соседки судачат, а тут еще...

- Вам дай волю, вы про каждого сплетню сочините! - крикнул Чулков, но без злобы, а просто от невыразимого наслаждения. И это оказалось самым правильным. Жена умолкла: видимо, он попал в точку.

Но не это было сейчас главным. Куда интереснее и важнее было то, что он летел. По-настоящему, поднявшись уже до середины четвертого этажа. Он летел.

Потом разом стало тяжело. Кровь зашумела в ушах, сердце забилось так, словно он поднимал немыслимой тяжести штангу... И все-таки Чулков испытывал восторг. Даже счастье!

И все волнения, все недовольство жизнью разом ушли. Мужичок в дымчатых очках не соврал - это было решение всех проблем. И очень качественное решение, так что у Чулкова не возникало ни малейшего сомнения: больше они никогда не вернутся. У него теперь была жизнь вместо прозябания, цель вместо пустых мечтаний, предназначение вместо непреходящей скуки!

Вот тогда-то он и врезался в стену противоположного дома. Да еще всем телом, с такой силой, что чуть не свалился вниз. Он попытался оттолкнуться от стены, как пловец, достигший противоположного края бассейна, однако сделать это как следует ему не удалось. Он потерял высоту, даже зацепился за верхние ветки деревьев, но все-таки сумел выровняться.

Теперь он летел назад, в сторону своего дома, развернувшись так, как этого не сумела бы сделать ни одна птица. Теперь ему приходилось снова набирать высоту, чтобы дотянуть до балкона. Чтобы хоть на руках на нем повиснуть... Приземлиться и очутиться в окружении разудалых автомобилистов и их жен почему-то казалось ему немыслимым.