– Я надеялась, что вы умнее. Ну что ж, желаю удачи. Когда вы сумеете укротить Рабиновича и решите, как его использовать дальше, дайте мне знать.
Номович негодовал.
– Вы же выдали американским военным секреты государственной важности! – воскликнул он, когда они вернулись в советское посольство.
– Я совершила куда более грубую ошибку, – сказала Анна, – сообщив им, где находится Рабинович. Теперь они отправятся в Форт Пикенс и присоединятся к его армии. В результате он станет еще более сильным.
– Наш заклятый враг наращивает силу, а вас это нисколько не беспокоит!
– Конечно. Я знаю, что делать. Мне ясна психология этого человека. Он поиграет в войну, потешит свое самолюбие, а потом сделает то, чего он хочет.
– Что же это?
– Оставим его в покое, и пусть манипулирует американской армией так же, как манипулировал бы нашей. Я ведь сказала им правду.
Разумеется, это не соответствовало действительности. Просто Анна не хотела, чтобы кто-либо из ее высокопоставленных соотечественников помешал ей осуществить свой план и уничтожить Рабиновича. Она прекрасно понимала, что если этот человек познает вкус войны, его уже не остановишь. Еще на родине Анна познакомилась с характеристикой Василия. Какому идиоту вообще пришло в голову вытащить Рабиновича из Богом забытого Дульска и дать ему возможность заниматься парапсихологией? Она бы много отдала, чтобы увидеть человека, способного управлять его психикой. Судя по всему, за последние несколько дней Рабинович стал совершенно недосягаемым для убийц. Именно этого Анна и опасалась больше всего. Она была уверена, что помимо убийцы, посланного российским руководством, за ним охотится кто-то еще. Знать бы только, кто именно. Тогда Анна могла бы ему помочь. Но кто в Америке годился на эту роль и знал так же хорошо, как она, что нужно делать?
Харолд Смит знал, что прибор, который он дал Чиуну, уничтожен. Случилось худшее. Цепляясь за последнюю слабую надежду, Смит попытался уговорить Римо прийти ему на помощь, но тот реагировал на его слова совершенно непостижимым образом.
Ему ни до чего не было дела. Он был занят беседой с каким-то мудрецом, умершим более четырех тысячелетий назад.
Смит пошел домой и достал из шкафа старый армейский пистолет 45-го калибра. Смит не стрелял со второй мировой войны. Он понимал, что не сможет убить Чиуна, но знал, что Чиун хоть и принимает его за дурака, но не сомневается в его правдивости.
На этот раз Смиту придется солгать – сперва Чиуну, а потом Рабиновичу, после чего он одним выстрелом сделает то, что не удалось сделать величайшему убийце мира. Смит дал команду компьютерам стереть всю информацию, если он не вернется.