– Эй, – крикнул Рэнди, отведя от меня глаза и обводя взглядом окружающую нас толпу, – просто, чтобы вы все, девчонки, знали, ваш предводитель – лицемерка. Она предлагает всем отказаться от секса, но на самом деле сама ни от чего не отказывается. Лисса – девственница.
Он одарил меня самым злобным взглядом.
Я ожидала, что за этим последует всеобщий «ах!» – как в фильмах – но его не последовало. Единственными звуками были затухающие ритмы техно и скрип микрофона, когда учитель испанского, миссис Ромали, вышла на сцену.
– Время назвать победителей, короля и королеву выпускного бала этого года! – радостно выкрикнула она, не подозревая о моем унижении.
Я медленно отвернулась от Рэнди, надеясь, что свидетелями моего позора стали лишь новички и второкурсники. Не мои друзья. Не знакомые девчонки. Не люди, которых я знаю.
Но конечно же мне не могло так повезти.
Среди уставившихся на меня лиц были Эллен, Келси, Сьюзен, Мэри, Хлоя... и Кэш. Они все слышали. Они все знали, что я была лгуньей.
Словно в игре «Рэд Ровер»>32 на детской площадке, я рванула сквозь стену стоящих передо мной людей. Рэд Ровер, Рэд Ровер, выставь девственницу вон ты.
На этот раз Рэнди меня не останавливал. На сегодня он закончил позорить меня. Я бежала, несмотря на каблуки. Несмотря на кучу народа. Несмотря на жгучую боль в ногах. Я выбежала из зала через пустой холл и сине-оранжевые двойные двери в теплые, гостеприимные «объятия» парковки.
Только там не было тепло и радостно. Вовсе нет. На парковке было прохладно, темно и пусто, меня пробрала дрожь от холодного сентябрьского бриза. Было похоже на декорации к фильму ужасов: темная парковка с пустующими машинами походила на место, где можно наткнуться на труп.
Дела обстояли еще хуже, знаете почему?
Предполагалось, что домой меня отвезет Рэнди.
– Черт побери, – пробормотала я.
Но тут с меня начало медленно спадать оцепенение, сковавший меня лед начал таять. Я ударила кулаком по кирпичной стене здания школы и подавила подступившие слезы, несмотря на то что внутри все горело от целого коктейля различных эмоций.
– Лисса?
Я взглянула на вход, ожидая вновь увидеть Рэнди, думая, что он вернулся за мной, чтобы извиниться или подхалимничать, или, может, просто обидеть меня еще больше.
Но это был Кэш.
– Оставь меня в покое, – машинально произнесла я. – Я не хочу об этом говорить.
– Знаю, – сказал он.
Он выглядел так мило в своем полуофициальном прикиде: в черных костюмных брюках и красной рубашке, застегнутой на все пуговицы – и я знала, что его появление – не то, о чем я должна была думать в этот момент.