На следующий день все было так же: чай после чая, опять чай и тост, и приходилось еще слушать женоненавистников и ехидные комментарии. Но моя бабушка научила меня — если ты живешь в озере с крокодилами, то не стоит с ними ссориться.
Я была полна решимости остаться жить в озере, кишащем крокодилами. Они не могли меня сломить. Я находилась там не просто так, и все их тонко завуалированные попытки как-то спровоцировать меня, меня совершенно не волновали. Хотя атмосфера была чисто мужской и пугающей, откровенно презирающей все остальное полицейское управление, эти мужчины считали себя настоящей элитой: я же пока ничего не добилась, кроме того, что подавала бесконечные чашки чая. Я знала, что они хотели получить от меня нечто важное. Я была мышкой, в которой они очень нуждались, чтобы поймать льва. Поэтому пусть развлекаются пока.
* * *
На пятый день Робин, один из в большей степени приятных парней, по сравнению с остальными, остановился у моего стола, за которым я сидела по колено в их устаревшей системе регистрации документов, забитой старыми бумажными квитанциями.
— Хочешь пойти с нами завтра? — спросил он.
Проводя время с бесспорно самой невежественной кучей мужчин, с которыми я имела несчастье встретиться, это было не самое привлекательное предложение, которое я могла себе вообразить, тем более, что существовала вероятность, что они собирались унизить меня публично, но...
— Конечно, — тихо ответила я. — А куда вы идете?
— В наркопритон.
Я улыбнулась впервые с тех пор, как пришла в SO10.
— Да, я пойду. Я определенно пойду.
— Отлично. Инструктаж в одиннадцать. Ты пойдешь, как дешевая шлюха, поэтому не мой голову и принеси распутную одежду, безнравственную обувь с собой.
Я радостно кивнула.
Наконец-то!
4.
— Просто расслабься. Если все пойдет наперекосяк, то вломятся большие парни в бронежилетах, — сказал Робин, пока Федерика, тоже агент под прикрытием, умело наносила мне грим, в котором я была бы похожа на наркоманку.
Я кивнула не в силах перестать пялиться на него, потому что из очень опытного бывшего TRO он преобразился в реального грустного наркомана с одутловатым лицом, мешками под глазами, сальными свисающими волосами, поддельным пирсингом в ухе и носу, с грязными ногтями и замызганной одеждой и обувью.
Глядя в маленькое ручное зеркальце, я видела, как Федерика зачернила мои передние зубы и нарисовала отвратительную язву с одной стороны рта. Как только она закончила, я встала одетая по-прежнему в искусственную кожаную мини-юбку, лиловый топ из лайкры и дешевые туфли на шпильке, каблуки, которых я специально поцарапала, Джейсон прикреплял мне «технику» (для ношения на теле записывающего оборудования): iPod, оснащенный крошечной камерой, позволяющий не только наблюдать, но и слышать то, что будет говориться.