– А ты полагаешь, мы в прошлый раз занимались обычными для преподавателя и студентки делами?
Подошел к ней почти вплотную, но с объятиями не спешил: наслаждался предвкушением. Взирал сверху, не скрывая хищной улыбки.
– А что предосудительного в том, что студентка помогает преподавателю с больной рукой заполнять журнал? – она смотрела на него, задрав голову. В улыбке – лукавая насмешка, в глазах – откровенный призыв.
Прежде чем откликнуться на этот призыв, Гене хотелось еще немножко насытиться блаженством преддверия, не менее волнительным, чем то, что последует за ним.
– Ты прекрасно знаешь, что с рукой у меня и тогда, и сейчас полный порядок. Это был только повод.
– Как и трюк с мячиками. А какое задание вы припасли для меня сегодня? Журнал, лестница, или, может, скакание через козла?
– Через козла? Пусть козлы сегодня отдохнут…
Хватит предвкушения. Она права – пора от слов переходить к делу. А то уже до козлов договорились.
Шутки кончились. Смеяться больше не хотелось. Хотелось большего, много-много большего. Гена прижал Маринку к себе, и, даже не поцеловав, нагло влез под юбку.
Она, конечно, и не надеялась, что они будут читать стихи Есенина. Но как-то уж слишком буднично: никаких тебе уси-пуси, «я подарю тебе звезду». Звезда, ясное дело, останется пришпиленной к небу – но хотя бы поцеловать для приличия можно?!
Вырвалась, укорила:
– Геннадий Алексеич, вы ничего не путаете? Я вообще-то пришла отрабатывать зачет. Мы с вами уже выяснили, что полы мыть я не люблю, зато пишу с удовольствием. Вот и загружайте меня работой. Что это у вас, у преподавателей, за привычка: чуть что – сразу под юбку?
Не дав ему одуматься, быстренько устроилась на стуле. Она-то сюда, конечно, вовсе не для писанины пришла, но уж больно он скор. По крайней мере, стулом она существенно осложнит ему задачу – не так легко будет лезть под юбку.
А главное, не решилась еще Маринка перешагнуть точку невозврата, после которой – только вперед. Думала, что готова, но в последний миг спасовала. Пока Кеба словами играл – ждала, когда, наконец, к делу перейдет: за плечи возьмет, поцелует. А он сразу под юбку.
Только, было, разочаровалась, как едва сдержала улыбку: такого поворота он явно не ожидал. Отлично! Предсказуемость женщину не красит.
– Писать? Тебе очень хочется писать? Вообще-то писать я и сам умею. Может, не так красиво, как ты, но все-таки с писаниной сумею справиться без тебя.
Как и в прошлый раз, он стоял позади стула, на который уселась Маринка. Как и в прошлый раз, приобнял за плечи. Разряд молнии последовал незамедлительно. Точка невозврата сильно придвинулась, показавшись не стоящей внимания преградой.