Вдруг мимо урусов проскакали несколько всадников. Отряд остановился, ожидая, когда они приблизятся.
Андрей взобрался на коня, огляделся. Бардак, словно по мановению волшебной палочки, прекратился. Все татары оказались на конях и успели разбиться на сотни. Их войско тоже оказалось в состоянии полной боевой готовности, лишь Прокопий Елизарович стоял у шатра, разглядывая непонятный отряд. Его холопы и слуги, единственные, кто остались пешими, но готовы по первому слову вскочить на коней.
– Кого нелегкая принесла? – спросил Андрей у Булата.
Вместо татарина ответил Кулчук:
– Это нукеры Сед-Ахмеда, – определил Кулчук.
Булат кивнул головой, подтверждая слова своего подопечного.
– Что за хрен? – вопросил Андрей, который все еще путался в идентификации татарской элиты.
– Сед-Ахмед – сын Керим-Берди, восьмого сына Токтамыша… – пояснил Кулчук.
– А, вспомнил, – обрадовался Андрей. – Сейид-Ахмед, крымский хан.
– Сын Туй-Ходжи, старшего сына Кутлуг-Ходжи, старшего сына Кунчека, сына Сарича, четвертого сына Урунка, третьего сына Тука-Тимура, тринадцатого сына Джучи-хана, старшего сына Чингисхана, – Кулчук быстро, без запинки выдал всю родословную нынешнего крымского хана. Парень так же свободно мог назвать имена не только отцов, но и матерей. Татары очень трепетно относились к родословной.
– Ого, потомок самого Чингисхана! – удивился Андрей.
Тем временем всадники закончили переговоры и поскакали обратно.
– Только самого хана тут нет, – сказал Булат.
– Какого рожна им тут надо? – пробормотал Лука Фомич.
– Да, это земли Улу-Мухаммеда, – отозвался Булат.
– Так будет битва или нет? – вновь спросил Андрей, волнуясь.
– Нет, – резко сказал Прокопий Елизарович, подавая знак своим людям.
Воины расслабились и перестали обращать внимания, на остановившийся неподалеку татарский отряд.
– Хотел бы я знать, что им надо, – пробормотал Андрей, спешиваясь. Бросив поводья, Андрей вернулся в шатер, следом за Прокопием.
– Скоро узнаем, – немногословно ответил москвич.
И верно, не прошло и часа, как за Прокопием прибежал посыл. Намечалось совещание, куда Андрея не пригласили. Зато их с Масловым пригласил в гости татарский мурза Кичим. Вместе с ними увязался слуга Прокопия Елизаровича. Маслов не стал одергивать мужика, а Андрею было все равно.
Сам хан Кичи-Мухаммед, воцарившийся в Присырдарьинском улусе после смерти хана Барака, в этом очень странном походе не участвовал. Отправил в поход своих верных мурз.
Лет пять назад хан совершил грабительский набег на Хорезм и захватил в том походе огромное количество доспехов и оружия. Это было видно по отборным татарским воинам, почти все они имели не стеганные халаты, а вполне приличные доспехи. И большинство воинов мало чем отличалось от пришедших с Руси воинов, не внешностью, не оружием и не доспехами.