— Может быть, он делает это, потому что очень вас любит? — тихо спросил Алексей.
— Лучше бы он в маркетинге разбирался! Вот Дан…
— Я уже понял, что Голицын — верх совершенства, — слегка разозлился Алексей. — И всетаки: зачем он с вами встречался?
— Ну, хорошо, я скажу, — с вызовом вскинула голову Дарья Сажина. — В конце концов, почему я должна его покрывать?
— Вы о муже?
— Да! То, что сказал Дан, меня потрясло. Видите ли, он нашел в бумагах своей жены завещание. Эта нотариально заверенная копия, подлинник, как я поняла, находится у моего мужа. Потому что Анжелика завещала все свои акции ему! Это мы с Даном и обсуждали.
— Какие акции? — уставился на нее Алексей.
— Дан сказал, что года три назад, для того чтобы обезопасить холдинг и получить очередной кредит, он переписал все свои акции на жену.
— Контрольный пакет?
— Наверное. Я в этом не разбираюсь, — пожала плечами Дарья Витальевна.
— Значит, реально владелица «АNДА» Анжелика Голицына?!
— Похоже на то.
— Вот так так! Но ведь это же в корне все меняет! А почему она вдруг написала завещание в пользу вашего мужа?
— Вы меня об этом спрашиваете? — горько усмехнулась Сажина.
— Неужели они…
— Были любовниками? Вы это хотите сказать? Не думайте, что делаете мне больно, — фыркнула Дарья Витальевна. — Я не люблю мужа.
— А вот Анжелика Голицына, похоже, любила его настолько, что оставила ему огромное наследство. Если, конечно, она умерла. Голицын будет оспаривать завещание?
— Да вы что?! Дан вовсе не крохобор какойнибудь!
— Вы, должно быть, не понимаете: речь идет о многих миллионах, причем долларов, и слово «крохобор» здесь явно неуместно, — не удержался Алексей. — Даниил Валерьевич, когда нашел это завещание, небось пожалел, что кинулся в полицию с заявлением. Ну, пропала женушка и пропала. К любовнику сбежала. Лет пять можно было бы протянуть.
— Не поняла?
— Если человек пропал и труп его не найден, умершим его можно признать только через суд. Для этого надо возбудить уголовное дело по факту смерти, — пояснил Алексей. — А пока нет свидетельства о смерти, нельзя открыть и дело о наследстве.
— А теперь, выходит, можно? Раз уголовное дело завели?
— Сначала надо бы выяснить, что на самом деле случилось с Анжеликой Голицыной.
— Я же вам говорю: она мертва!
— Откуда такая уверенность?
— Я это чувствую!
— А не вы ли, Дарья Витальевна, к этому руку приложили?
— Вы что, меня подозреваете? — Сажина мгновенно замкнулась.
— Вы знаете больше, чем мне сейчас рассказали.
— Он всетаки мой муж.
— А главное, он отец вашей дочери.
— Да!
— А ведь для Сажина это отличный шанс преуспеть, — задумчиво сказал Алексей. — Выйти наконец из тени своего друга. Усесться самому в кабинете генерального.