использует женщин в своих темных делишках, а потом бросает, причем самым подлым
образом.
Это непостижимо, - Ветер посмотрел куда-то в потолок, словно ища там поддержки.
Видимо, он ее получил, потому что ко мне обратился уже совсем иным тоном. - Ирина
Дмитриевна, прошу заметить, что моя личная жизнь не должна волновать вас. Мы с вами
ведем одно дело, ваши советы по поводу моих отношений прошу оставить при себе, если
не хотите получить в ответ что-нибудь в том же духе.
Я посверлила его взглядом, но промолчала. Конечно, Саша был прав, но мне стало жутко
обидно за эту девушку. И тут в голову пришла одна мысль. Чтобы успеть ее осуществить, надо было пошевеливаться.
-Мне пора на встречу с Черненко, - встала я, направляясь к выходу, - с Малышевой
договорюсь и тебе позвоню.
Если Ветер и удивился моему внезапному уходу, то говорить ничего не стал. Выскочив на
улицу, я не сразу сообразила, что вышла совершенно без маскировки, чертыхнувшись,
вытащила из сумки солнечные очки и нацепила их на нос. Пиццерийный скутер стоял в
гараже, и сейчас мне было некогда его вытаскивать, потому я заспешила в сторону
остановки, пригнув голову, чтобы волосы, падая на лицо, хоть как-то скрыли меня. Мне
повезло, девушку я увидела недалеко от остановки: она курила, присев на невысокий
заборчик и наплевав на то, что на ней белое платье. Достав из сумки блокнот, я быстро
нацарапала информацию и, вырвав листок, двинула вперед. Проходя мимо девушки,
сунула листок ей в руку и ринулась по дороге, стараясь затеряться в толпе. Тут как раз
увидела маршрутку, идущую в сторону дома Черненко, и запрыгнула внутрь. Мне повезло, девушка явно растерялась и упустила меня из виду. Я приметила, как она высматривает
меня в толпе, то и дело возвращаясь глазами к листку в руках. Лицо взволнованное. Что ж, Ветер, конечно, мне по голове надает, ну и пусть. Зато потом сто раз подумает, прежде чем
так поступать с девушками. Инна Сергеевна, видимо, изрядно поднаторела в деле
выставления за дверь, значит, девиц у Ветра было много. И что? Они, как и я, жили у него
в доме, или он приводил их к себе, а потом ни ответа, ни привета, и только милый цербер
на входе, который не только не пустит внутрь, но и еще и словом добрым одарит? Кажется, Александр Геннадьевич личность относительно женщин легкомысленная и моногамией не
страдающая. Я попыталась оценить, как отношусь к этому факту: он мне определенно не
нравился. И хотя между мной и Ветром никаких отношений кроме деловых, как он верно
заметил, не было, мне, черт возьми, все равно было неприятно.
Тут я поняла, что нахожусь неподалеку от «Винтажа» и сошла. Откровенно говоря,