— Он ошизительный.
Я уже практически впала в транс.
— А? Что?
— Говорю, он ошизительный. — Кэти, судя по всему, тоже была выбита из колеи.
— Ш-ш, — зашипела Луиза, умудряясь едва шевелить губами. — Идет.
— Ну что? — Он раздал всем напитки и ослепительно мне улыбнулся: — Беседовала еще с какими-нибудь коровами?
— Что?
В подобных ситуациях у меня на лице появляется слегка недоуменное выражение, которое, по словам Луизы, переводится так: «Привет, меня ненадолго выпустили погулять из дурдома».
— Фрэнсис Дон Бэг Третья? Кажется, так ее звали? Когда ты стажировалась в газете.
— Ах да… — Он запомнил имя моей коровы! — Э-э… нет.
— Нет?
— Нет, — повторила я без тени иронии. Это должно было усилить комический эффект, но мои слова прозвучали полным бредом. — Ты спрашивал, не беседовала ли я с коровами. Нет, не беседовала.
— Понятно. — Он отхлебнул пива.
Черт. Ну почему? Почему со мной всегда это происходит? Почему всякий раз, когда мне нравится мужчина — пусть даже самую капельку, — я начинаю строить из себя невесть что, впадаю в гробовую серьезность и совершенно утрачиваю способность шутить? Почему я не могу поступать, как велят элементарный здравый смысл и бесчисленное множество статей в дамских журналах, которые я читаю уже лет двадцать? Быть остроумной и обворожительной, мило щебетать, не слишком много говорить о себе, задавать собеседнику наводящие вопросы. Почему у меня есть только две модели поведения: или мычать как полная дебилка, или без устали нести всякую чушь? Почему? Ну почему?! И почему проклятая доктор Дж. меня не вылечила? Дура некомпетентная.
Заметив мое перевернутое лицо, Луиза попыталась спасти ситуацию.
— Возможно, с коровами она и не общалась, ха-ха-ха. — Сестра уставилась на меня, словно говоря: «Смейся, дурында, или хотя бы улыбнись, это была, типа, шутка». — Но зато в августе она собирается на Ямайку. Правда, Лорна?
— М-м, угу. — Я ухитрилась изогнуть губы в карикатурном подобии улыбки. — Собираюсь. Я действительно еду на Ямайку. Да, еду. Я пересмотрела свое решение отказаться от заграничных командировок и приняла предложение главреда смотаться на Карибы.
— Здорово, — сказал Дэвид. — А про что будет статья?
— Статья? — переспросила я в манере доктора Дж. Только я не хотела заставить его поразмыслить над сказанным, чтобы выявить скрытый смысл. Я просто пыталась выиграть время, лихорадочно придумывая, как бы пошутить. — Про что статья? Да так, статья-галиматья. Ха-ха-ха-ха-ха.
Очевидно, в этой компании жалкие потуги на юмористические рифмы очков мне не прибавят. Теперь уже не я, а Дэвид, Луиза, Кэти и Скотт были вынуждены выдавить слабые улыбки. Луиза и Скотт переглянулись с таким видом, словно перед ними творилось нечто невообразимо чудовищное.