Смешная любовь (Ермолов) - страница 68

- Тебе следует успокоиться. Зачем ты сказал это?

- Потому что я так чувствую.

- А я нет.

Ее слова были жестокими, но честными. Я даже и винить ее не могу. Я сам во всем виноват. Я почувствовал себя загнанным в угол. Я подумал, что это и есть любовь.

Я молчал и не пытался дотронуться до нее. Мужчинам и женщинам нравится разочаровываться друг в друге.



19


Я видел широко открытые глаза Наташи, но заглянуть в них не мог. Она смотрела прямо на меня, но не хотела замечать. Она была права только потому, что я чувствовал себя виноватым. Не понимаю, как можно разочароваться в любимой женщине. Но я знал: презрения долго не выдержу. Мне не следовало искать в наших отношениях повод для обиды. Но я не мог не чувствовать, что Наташа обижает меня.

Я не могу объяснить, почему терпел унижающее отношение к себе. Искренность мужчины всегда глупа.

Мы продолжали молчать. Что мне следовало сказать? Ни одну женщину невозможно убедить откровенностью. Из моей любви исчезла легкость и естественность. Наташа изменяла меня. Я не умею быть сильнее любимой женщины.

- Ты не знаешь реальной жизни, - сказала она.

- Я не ребенок, - я не мог согласиться, что не знаю реальной жизни.

- Дело не в годах, детка, а в опыте, - она была разочарована. Она всегда была немного разочарована.

Каждый человек может ошибиться. Мое воображение всегда делает женщину сложнее, чем она есть в действительности.

Наташа смотрела на меня, а я на нее. Я ощущал силу ее взгляда. «Нет, ее невозможно убедить», подумал я. Во время отступить – это еще не поражение.

- Ты для меня – один из многих, - Наташа избавляла меня от самоуверенности. – Мне никогда не было хорошо с тобой. Другие мужчины, я знаю, чувствовали меня иначе.

- Ты обо всем забыла?

- Почти обо всем.

- Я не смогу забыть.

Я сказал Наташе правду. У меня это получается лучше обмана.

Я начинал сомневаться, что любим. Эта мысль делала меня несчастным. Рядом с Наташей был мальчик. Мне никогда не повзрослеть. Я выдумывал много ненужного о себе.

Я не понимал происходящее с нами. Иногда мне казалось, что я хочу понять в Наташе то, что лишено смысла.

- Женщина может найти повод для разочарования в любом мужчине, - она смотрела на меня, как на клоуна. Она была обязана так посмотреть. Наташа смеялась надо мной. Я все еще слышу ее смех.

- Ты права. С тобой я веду себя, как клоун. Я очень несчастен. Это очень смешно, - я радовал ее признаниями, которым не мог обрадоваться сам.

Я утешал себя: я ждал этого. Я чувствовал себя одиноким рядом с любимой женщиной. Меня можно пожалеть. В любви мы пришли к тому, что следили за каждым шагом друг друга.