– Нет, не мигрень, – но подай карандашик
ментоловый, —
Ни поволоки искусства, ни красок пространства
веселого!
Жизнь начиналась в корыте картавою мокрою
шопотью,
И продолжалась она керосиновой мягкою копотью.
Где-то на даче потом в лесном переплете
шагреневом
Вдруг разгорелась она почему-то огромным
пожаром сиреневым…
– Нет, не мигрень, но подай карандашик
ментоловый, —
Ни поволоки искусства, ни красок пространства
веселого!
Дальше сквозь стекла цветные, сощурясь,
мучительно вижу я:
Небо, как палица, грозное, земля, словно
плешина, рыжая…
Дальше – еще не припомню – и дальше
как будто оборвано:
Пахнет немного смолою да, кажется, тухлою
ворванью…
– Нет, не мигрень, но холод пространства
бесполого,
Свист разрываемой марли да рокот гитары
карболовой!
23 апреля 1931