.
А поскольку направление А. Н. Яковлева в Канаду по существу представляло для него почетную ссылку, ЦРУ должно было обратить на него внимание и попытаться найти к нему ключик. Причем учитывая занимаемое им положение, подобная миссия могла быть доверена или резиденту ЦРУ, или же американскому послу в Канаде.
В. М. Фалин, который в это время был послом в ФРГ, вспоминает, что вскоре после отъезда А. Н. Яковлева в Канаду получил предупреждение быть с ним осторожнее, так как он «в кармане у американцев»[238]. Когда Валентин Михайлович попытался выяснить источник такой информации, ему сказали, что она исходит от королевской семьи Великобритании[239].
И действительно вскоре после того, как А. Н. Яковлев обосновался в Оттаве, советская разведка обратила внимание на то, что новый посол встречается с сотрудниками американских спецслужб и тратит больше, чем получает. Эта информация немедленно была доведена до руководства КГБ. Ю. В. Андропов поставил об этом в известность Л. И. Брежнева и, видимо, попросил разрешение на оперативную разработку А. Н. Яковлева. Но Брежнев не дал на это согласия, заявив, что член ЦРК не может быть предателем[240].
Учитывая, что А. Н. Яковлев был избран членом Центральной ревизионной комиссии КПСС на XXIV съезде КПСС в 1971 г.[241], а на XXV съезде в 1976 г. выведен из нее[242], можно утверждать, что описанный эпизод имел место не ранее 1973 г. — не позднее 1976 г.
Эти и другие факты из биографии А. Н. Яковлева заслуживают самого внимательного рассмотрения[243].
Однако для того, чтобы обвинять его в двойной игре, необходимо установить, что использовавшиеся им «лишние деньги» были не из кассы посольства, а встречи с сотрудниками американских спецслужб происходили без ведома Кремля.
Тайный канал Москва — Тель-Авив
Признав факт обращения В. А. Крючкова к нему с подозрениями по поводу его ближайшего соратника, Михаил Сергеевич заявил: «Самое главное Крючков оставляет за пределами статьи (или главы своей книги) — он пришел ко мне с досье, в котором содержались сведения, неизвестно каким образом собранные, о существовании некоей разветвленной сети. Цель ее — ни более ни менее — низвергнуть существующий строй. И эта сеть якобы охватила десятки представителей нашей творческой и научной интеллигенции, прежде всего Москвы и Ленинграда»[244].
«После провала путча, — вспоминал А. Н. Яковлев, имея в виду августовские события 1991 г., — мне показали бумагу, где я фигурирую как глава какой-то вымышленной конспиративной организации демократов, и у меня там какая-то дурацкая кличка — «Папа»… Почему «Папа», бог его знает… И это донесение какого-то якобы серьезнейшего агента! Вот что сочиняли»