— Да, у нас там одна особенность: они фигурируют там не под своими именами и фамилиями, как в паспорте, а под кличками. Под оперативными псевдонимами. Это на тот случай, если кто-то из них…
— …не оправдает доверия или окажется в руках противника, — продолжил Сержант. — Очень правильное решение. Одобряю.
Ангел осклабился, точно похвала предназначалась ему лично.
— Кстати, как мне им вас представить? Как Степана Юрьева? Или как Джо Долана?
— Я привык, чтобы меня на работе называли Сержантом.
— Лады, Степан Юрьевич, — согласился Ангел и стал описывать гостю условия проживания: — У нас там своя столовая, кормят сносно, даже очень, вам выделен отдельный коттеджик, двухкомнатный. Всем там заправляет наш интендант Костя Шлыков. Вы как, хотите с дорожки для начала перекусить?
Степан покачал головой:
— Я в самолете перекусил. Для завтрака уже поздновато, а для обеда рано. Неплохо бы для начала познакомиться с личным составом, а потом уж застольничать… Вместе…
Над узкой проселочной дорогой нависали высокие раскидистые кустарники и буйные кроны деревьев, длинные жесткие ветки хлестали «Волгу» по крыльям и крыше, лезли в приоткрытые окна. Покачиваясь на кочках, словно катер на океанской волне, машина обогнула ветвистый дуб и уперлась в глухие железные ворота. Вакула дважды просигналил, в воротах тут же открылась калитка, и из нее вывалился плечистый парень в камуфляжной форме. Приветственно махнув водителю, парень нырнул обратно в калитку — и ворота медленно распахнулись. «Волга» въехала в ворота и через полкилометра выскочила на большую, в два футбольных паля, поляну. Посередине поляны торчало несколько кирпичных бараков, издали похожих на выставочные макеты дачных хозблоков. Из бараков высыпали люди — человек десять — и выжидательно застыли на асфальтовом плацу.
Бригада оказалась весьма разношерстная, преобладали парни лет по двадцать пять — тридцать, все крепкие, с виду явно непугливые, хотя и, быть может, пуганые, а судя по взглядам, если не нагловатые, то уж точно себе на уме, словом — примерно такие, каких Сержант встречал в Иностранном легионе. «Легионеры» — так он мысленно их сразу и окрестил… Хотя какие уж там легионеры! При всем их жизненном опыте, их еще до легионеров учить и учить. Короче, курсанты — самое точное для них определение.
Степан подождал, пока курсанты подтянутся к «Волге», и только тогда вышел из машины. Следом за ним неспешно вылез и Ангел. При виде Ангела пацаны сразу как-то подобрались и притихли: точно генерала увидели, подумал, усмехнувшись про себя, Сержант.