— Какая жалость… Но что вы наденете вместо него?
Кэти пожала плечами:
— Не знаю. У меня есть старое бальное платье. — Она скорчила гримаску. — Из полиэстера, цвета зеленого яблока.
— О. Звучит…
— Ужасно? К нему нужна подходящая сумочка. Я могла бы купить что-нибудь в «Нексте», но поздновато спохватилась. Наверное, я вообще не пойду на бал. Все это… слишком сложно.
— Может, подберете что-нибудь подешевле по своему вкусу?
— Ну… возможно. — Кэти перебрала вешалки с вечерней одеждой и отрицательно покачала головой: — Ничего подходящего.
— Значит, вы заработали сто семьдесят пять фунтов? — Она кивнула. — И по-прежнему о нем мечтаете? — взглянула я на платье.
Кэти тоже посмотрела на него.
— Я его обожаю. Самое обидное, что в мобильнике была его фотография.
— Это ответ на мой вопрос. Послушайте, вы можете купить его за сто семьдесят пять фунтов.
— Правда? — От счастья Кэти даже подпрыгнула. — Но ведь вы могли бы продать его за полную стоимость…
— Да. Но лучше продам вам — раз вы так страстно хотите получить его. Ведь это довольно большие деньги — по крайней мере для большинства шестнадцатилетних девушек. Так что вы должны быть совершенно уверены.
— Я уверена! — воскликнула Кэти.
— Не хотите сначала позвонить маме? — Я кивнула на стоящий на прилавке телефон.
— Нет. Она тоже считает его очаровательным — я показывала ей фотографию. Она сказала, что не может купить его, но дала мне тридцать фунтов.
— Хорошо. — Я сняла платье. — Оно ваше.
Кэти захлопала в ладоши.
— Спасибо! — И достала из сумочки карточку «Маэстро».
— А как насчет туфель? — спросила я, пока она набирала пин-код.
— У мамы есть желтые кожаные туфли с открытой пяткой, а у меня — ожерелье из желтых стеклянных цветов и блестящие заколки для волос.
— Звучит прекрасно. А у вас есть подходящая шаль или накидка?
— Нет.
— Одну минуту. — Я принесла вечернюю накидку из лимонного цвета органзы, прошитую серебряными нитями, и приложила к платью. — Она сюда подойдет — но вам потом придется вернуть ее.
— Конечно, верну. Спасибо!
Я сложила накидку и поместила в пакет с платьем, а затем вручила все это Кэти.
— Радуйтесь платью — и балу…
«Вчерашний вечер в лондонском Музее естествознания стал серьезным испытанием для динозавров, — вещал на следующее утро репортер «Скай ньюз». У Майлза на кухне был включен телевизор, и мы, завтракая, вполглаза смотрели его. — Тысяча подростков явились в музей на Бал бабочек, организованный в помощь Фонду по борьбе с лейкемией у подростков. Торжественное мероприятие спонсировал «Кризалис», а вели юные Энт и Дек; присутствовала там и принцесса Беатрис. — Мы увидели принцессу — в розовом вечернем платье, улыбающуюся в камеру. — Гости наслаждались шампанским и канапе, танцевали под музыку «Бутлег Битлз», их развлекали актеры «Классного мюзикла». Разыгрывались айфоны, цифровые фотоаппараты и дизайнерские вещи, а также поездка в Нью-Йорк на американскую премьеру фильма «Квант милосердия». Всего было собрано шестьдесят пять тысяч фунтов».