— Подобное… Подобная… Это просто неслыханно!
Что она хотела этим сказать, Александр не понял, лихорадочно соображая, как ему вытащить девчонку из комнаты, пока та чего-нибудь снова не отчудила, и, тем более, не разнесла по кампусу вести о его второй посетительнице.
— Э… Давайте вернёмся к задаче.
Обрадованно выпалил он, делая жест к выходу. Ирнай величественно кивнула пышным снопом волос и направилась к двери. Правда, когда та оказалась на галерее, снова покачнулась, и человеку пришлось её вновь поддержать. Открыл двери кабинета, где мгновенно вспыхнул свет, сделал приглашающий жест к столу:
— Прошу, Высокая.
— Можете звать меня просто Ирнай, ююти — человек.
— Меня зовут Александр.
— Аалейсани?
Вздохнул — повезло…
— Алекс.
Кивнула. неуверенно попытавшись повторить, но у неё получилось:
— Аалейк.
— А, сойдёт и так.
Буркнул себе по — русски под нос. Выдвинул стул:
— Устраивайтесь, юили. Разберёмся с нашими неграми…
— Неграми?
Та вновь удивлённо хлопнула ресницами, выдавая импульс выстрела глазами не меньше четырёхсотмиллиметрового бластера главного калибра дредноута.
— Простите, задачей. Это просто привычка. Имперская шутка.
— Айе, как интересно.
Протянула та, устраиваясь на непривычной мебели. Чуть поёрзала по вкусно поскрипывающей коже, всё же замерла, вопросительно глядя на него.
— И?
— Так вот…
Произнёс он, входя в роль лектора.
— Ваш профессор решил данную задачу излишне сложным методом, когда все данные можно извлечь, используя нашу формулу Морозова — Строганова, дающую значительное сокращение ненужных переменных и использующую коэффициент Дейла…
…Когда через тридцать минут уже одевшаяся и высохшая Айили заглянула на звуки его голоса в кабинет, она застала ожесточённо споривших саури и человека, склонившихся над столом, заваленным помятыми листками.
— Верно! Ас Архим просто тупо использовал кусок программного кода нашей человеческой биржи, попавший неведомыми путями ему в руки! Вот и всё! Но даже по этому обрывку я могу определить место рождения первоисточника — это Нью — Вашингтонская биржа Американской Демократии! Только там при торгах учитывают переменную Джонса, от которой мы в Империи отказались давным — давно! И как раз она и даёт эту самую неопределённость второго порядка, на которую ты так усиленно киваешь!
Он ожесточённо зачиркал самопиской по бумаге, безжалостно вымарывая целые листы в довольно увесистой стопке листов на глазах изумлённой аури. Ирнай схватилась за голову при виде подобного ужаса и застонала сквозь зубы.
— Алекс! Что у вас происходит?
Тот отмахнулся, не глядя на неё и продолжая вивисекцию над бумагой: