— Я… ой… — она чувствовала, как горит лицо, и пожалела, что не может провалиться сквозь землю. — Сетка от москитов… Я не знаю, как…
Дерри какое-то время смотрел на нее, потом сказал:
— Первый раз с ней не справишься. Требуется время, пока не привыкнешь.
Когда он вышел из хижины и проходил мимо нее, Сондра разглядела внутреннюю обстановку хижины: она оказалась столь же скромной, как в ее хижине, будто Дерри вселился совсем недавно.
Но там стояло мягкое кресло, на котором было наброшено одеяло, а на сиденье страницами вниз лежала раскрытая книга.
Сондра нерешительно стояла в дверях собственной хижины и смотрела, как Дерри развязывает сетку и опускает ее. Он показывал ей, как развязать узел, но Сондра смотрела лишь на его обнаженные мышцы, спину и натянутые жилы плеч и рук.
— Вот так, — сказал он, расправляя сетку после того, как та опустилась на кровать. — Сейчас будет самое трудное. Заправьте три угла, затем забирайтесь в постель, после чего заправьте четвертый. Вы должны тщательно проверить, что все сделали правильно и не оставили ни одной щели, куда могли бы пролезть москиты. На этот раз я сам все сделаю для вас.
Дерри выпрямился и выжидающе посмотрел на нее.
— Ну давайте же, — тихо сказал он. — Я не могу стоять здесь всю ночь.
Спотыкаясь, Сондра сбросила с себя купальный халат и аккуратно сложила его в чемодане. Дерри отступил, пропуская ее к постели, затем быстро заправил сетку вокруг нее. Сондра лежала на спине и смотрела на прозрачный, похожий на цирковой купол, поднявшийся над ее головой, и старалась, чтобы Дерри не попадал в поле ее зрения. Она чувствовала, как легко покачивается матрац, пока Дерри заправлял каждый угол. Закончив, он подошел к двери и взялся за ручку. В темноте она не могла разглядеть выражение лица Дерри, но по его голосу казалось, что он почти улыбался, когда сказал:
— Вам лучше потренироваться. Я не смогу заправлять вам сетку каждый вечер. Спокойной ночи, доктор.
Сондра устроилась меж жестких простыней, от которых сильно пахло больничным мылом, и надеялась, что ее быстро одолеет сон. Но этого не произошло. Она уже начинала сомневаться, удастся ли ей нормально выспаться. Все это следствие интернатуры, когда сон прерывался каждую ночь и ни разу не удалось поспать восемь благословенных часов подряд. Если не звонил телефон, не жужжал зуммер, то не давали покоя сны, заставляя вскакивать и открывать глаза. Интернатура закончилась два месяца назад, но, несмотря на то что перед поездкой в Кению Сондра отдыхала дома у родителей, она никак не могла вернуться к нормальному сну.