— Профессор Квирелл! Что с вами?! — Ненавистный голос звучал как обычно радостно и позитивно, но в нем я заметила нотки напряжения.
Сосредоточившись на Квирелле, я посмотрела на коридор его глазами.
Поттер. Наглый мальчишка не обращая внимая на, то что от тела его учителя, по сути, нетронутой осталась только голова и часть торса, замер в пяти метрах от нас. С такого расстояния даже был слышен стук его сердца. Которое так хотелось вырвать…
— Поттер… — Сказал Квирелл выдавливая слова из растворившегося горла.
То зелье тоже оказалось ловушкой, как и любой из тех флаконов.
Проклятый Снейп. Три флакона. Три чертовых флакона! Яд, кислота и пропуск сквозь пламя. Который оказался ядовитой кислотой. И работать оно начало только тогда, когда я вышла в зал с ключами.
— Ты не Квирелл, — Посерьезнев, сказал Поттер, а потом на его лицо вновь наползла улыбка.
— Поттер… — На этот раз это сказала уже я.
— Воу… — Протянул он, наклонившись в сторону и заглянув за спину Квиреллу. — …так вот каков ты, легендарный магический жировик! Не ожидал, что он еще и говорит! — Раскрыв глаза пошире и добавив в голос удивления, сказал он. Правда скулы, что подрагивали от напряжения, выдавали наигранность его удивления и радости.
— … — Квирелл промолчал, но я почувствовала, как в нем разгорается бешенство.
— Страшно выглядишь… могу посоветовать сходить к хирургу… хотя не поможет. Лучше сразу к гробовщику.
— Мальчишка.
— Ага! — Кивнув, он еще шире улыбнувшись. — Жировичок, я кстати придумал тебе имя. Страшная, злая морда без нос… — Начал он, но Квирелл, не выдержав и вскинув палочку, крикнул:
— Авада кедавра!!!
«Идиот! У тебя же совсем нет энергии!» — Успела подумать я, наблюдая глазами Квирелла, как зеленый луч сорвался с кончика палочки и летит в нахала, но… в зелёную молнию влетела школьная сумка и сбила смертельное заклинание.
— …са? — Закончил фразу Поттер, но с его лица исчезла эта раздражающая улыбка. Теперь на его лице было то редкое выражение вселенского равнодушия, которое можно было заметить при общении с радикальными слизеринцами или грифиндорцами.
— Значит хочешь по–плохому? — Спросил он, вздернув левую бровь. Под которой начался загораться синим цветом глаз.
В него полетела невербальное секо, которое должно было перерубить ему горло, но оно только поцарапало шею.
— Значит да, — Сказал он печальным голосом, вновь улыбнувшись, но на этот раз так… по–хитрому. Словно знает секрет, который никому не расскажет.
— Авада кедавра!!! — Но вновь зеленая смерть была сбита школьной сумкой.
«Квирелл, идиот, тебе что, первого раза не хватило?» — Взревела я, транслирую мысли с помощью легименции. На перехват контроля сил не было, и мне приходилось только кричать на него. Но этот! Этот! Плебей! Гневно ответил: