– Что это было, Три-Три?
– Яд. Кислота, – коротко сообщил кио. Продемонстрировал ладонь, с которой сползали какие-то ошметки, обнажая участки танталового скелета.
– Тебе, смотрю, досталось? – без лишнего сочувствия поинтересовался Герцог.
– Ничего, у меня-то покров регенерирует, – буркнул Тридцать Третий. – Вот вам бы точно была крышка.
– Тогда чего такой сердитый? – привстав на колено рядом с ящиком, спросил Зигфрид.
Ящик снова был закрыт. Над ним еще не рассеялся ядовитый дымок. Металл на крышке слегка оплавился.
– Не люблю, когда процесс из-под контроля выходит, – отозвался Три-Три.
– Так этого никто не любит, – согласился вест. Постучал пальцем по крышке. – Ну что, посмотрим?
И, не дожидаясь ответа, резко откинул крышку. Все разом подались назад. Только мальчишка, что был постарше, сделал шаг вперед и вытянул шею, с любопытством заглядывая внутрь.
– Тряпка какая-то, обгорелая, – констатировал Книжник. – Может, под ней еще одна ловушка?
Зигфрид насмешливо поглядел в ответ и стянул тряпку. Теперь уже и остальные таращились внутрь, не в силах скрыть недоумение и разочарование.
Золота в ящике не было. Была какая-то тусклая металлическая штуковина цилиндрической формы, тщательно уложенная в мягкий кокон из тряпичных обрывков. Даже не понимая, что это такое, Книжник вдруг ощутил угрозу, исходившую от предмета.
– Это еще что за хреновина? – пробормотал он.
– Меня не столько это интересует, сколько то, чем мы в таверне расплачиваться будем, – заметил Герцог. – Знал бы, что золота нет, не стал бы надрываться…
– Но если эта штука у Кэпа в каюте лежала – значит, все-таки, ценная вещь? – предположил Зигфрид. – Может, ее здесь загнать можно по приемлемой цене?
– Хорошая мысль, – оживился Герцог. – Здесь же Торг есть.
– Торг? – не понял Книжник. – Что это?
– Ну… – Герцог щелкнул пальцами. – Где продают, покупают.
– Рынок? Базар? – подсказал Книжник.
– Что-то вроде этого, – кивнул Герцог. – У нас это называется – Торг.
– А торговцы, как у нас, – маркитанты? – уточнил Книжник.
Герцог недоуменно пожал плечами:
– Никогда не слышал. Торговцы – они и есть торговцы. Если пришлые – то их гостями кличут. А маркитанты… Нет, не знаю таких.
– Вот и нам бы их век не знать, – заметил Зигфрид.
И то верно, подумалось семинаристу. На московских землях маркитанты ощущали себя хозяевами положения. Неудивительно для обширной группировки, плотно сидящей на ресурсах. Древние склады, стратегические запасы и вновь захваченное добро – все это позволяет им на равных общаться со всеми расами и бандами, а некоторые из них – и вовсе подминать под себя. Наверняка и здесь так же – просто потому, что человеческая природа везде одинакова: богатство в этом скудном мире дает безраздельную власть, а власть – лучшая гарантия для выживания.