Будь следопыт мертв или хотя бы на грани смерти, он бы не вырвался. Но сейчас духи отступили, пусть и ненадолго. У бывшего разведчика было примерно четыре-пять десятков ударов сердца, прежде чем его сознание помутиться вновь и кто знает, сможет ли он выстоять второй раз, а пока — он не сдастся.
В прошлом, когда остатки армии бежали из Застывшего леса, Тенро пережил три попытки, которые предприняли духи, чтобы сковать его волю. Четвертая бы точно добила его, но тогда разведчику помог один из ищущих — вырвавший его из цепких лап тумана. Сейчас его вряд ли кто-то спасет, так что приходилось рассчитывать только на себя.
Туман ухудшал видимость, но Тенро хватало и темных силуэтов домов, чтобы легко находить среди них нужную дорогу. Он прекрасно ориентировался в деревне и мог с закрытыми глазами пройти ее из одного конца в другой.
Только сейчас, когда его сознание подвергалось постоянному, усиливающемуся давлению, а вокруг шныряли размытые тени — задача порядком усложнялась. Скоро твари поймут, что он не стал одним из них и тогда все станет еще хуже.
Два года, проведенные на войне против измененных, безусловно, не прошли для него даром и это давало Тенро пусть небольшое, но преимущество, которым он просто обязан воспользоваться.
»Нападут после второй попытки подчинения», — подумал охотник, заметив приближающиеся к нему тени. Два человеческих и один звериный силуэты поравнялись с ним и теперь двигались по обе стороны, но не приближались.
Даже во время стремительного бега, Тенро не переставал считать свои шаги. Четыре десятка — уже совсем скоро…
Вторая волна подчинения накатила немного быстрее, чем рассчитывал охотник. Боль, пронзившая виски оказалась такой сильной, что мужчина стиснул зубы, а на его глазах выступили слезы. Он едва не остановился и лишь усилием воли заставил ноги продолжать двигаться.
Стоит Тенро замереть, хотя бы на мгновение перестать сопротивляться и все будет кончено — туман поглотит его целиком, проглотит душу, а тело пережует, отравит своим ядом и выплюнет.
Резко тряхнув тяжелой головой, Тенро побежал на пределе своих возможностей, превозмогая навалившееся безразличие и чувствуя, как его грудь и ноги обжигает огонь. Он должен успеть.
«Никогда не сдаваться».
Терзающая охотника боль отступила неожиданно. И сразу же, стоило ей пропасть, размытые силуэты набросились на мужчину, но он был к этому готов.
Выхватив один из мечей, Тенро перескочил через бросившегося под ноги измененного волка, едва не цапнувшего его за лодыжку. Не успев добром приземлиться и погасить скорость, охотник ударил ногой во впалую грудь какой-то женщины, чья одежда была изодрана в клочья, а лицо представляло из себя сплошную кровавую маску, будто кто-то обглодал с него всю кожу.