— Novus ordo seclorum, — напомнил Нестор.
— Это же на долларе написано! — снова проявила эрудицию Фея. Соня только улыбнулась подруге и прижала палец к губам.
— Вот здесь и лежит граница между Востоком и Западом, — подвел итог оратор. — Это граница между широкой панорамой мироздания — Вселенной, уготованной для обитания, и узким отверстием трубки калейдоскопа — игрушкой, предназначенной лишь для развлечения. Граница между дедукцией и индукцией. И снова dixi. В горле что-то пересохло.
Кир понимающе кивнул и нагнулся, извлекая из-под стола новую бутылку.
Вся эта восточно-западная компаративистика показалась Нестору хоть и занятной, но при этом несколько безосновательной. Работа в школе заставляла держать интеллект в тонусе, но, в свою очередь, накладывала на концептуальные позиции некий тенденциозный отпечаток. Он вспомнил Шпенглера и его типологию восьми культур, достигших зрелости. Вспомнил вслух и с азартом спорщика. Семен Немирович тут же обратил внимание собеседника на культуру русского мира, названную Шпенглером «русско-сибирской» — она никак не вписывалась в предложенную систему и была стыдливо названа немецким историософом «развивающейся». Да и Северная Америка в ее современном виде осталась за рамками классификации.
— Не странно ли, — заметил в итоге Семен Немирович, — что две самобытные и даже, я бы сказал, противостоящие друг другу цивилизации в этом раскладе остаются как бы не у дел?
— Странно, — поддакнул Кир.
— Почему, — продолжал «триединый и вездесущий», — Освальд — не помню, как его по отчеству — Шпенглер отсекает края, один из которых — наиболее естественный по сути, а другой — наиболее искусственный по форме, и рассматривает только серединку?
— Почему искусственный? — решил уточнить Нестор.
— А представьте себе, молодой человек, что наскальная живопись, — скажем, какой-нибудь полихром в Альтамире, — был соскоблен героем нашего времени лишь для того, чтобы поверх нацарапать «Здесь был Билли». Или авангардист, мнящий себя концептуальным супрематистом, растворил масло на полотнах Рембрандта, чтобы из их смеси — с добавлением скотча для крепости — создать на том же месте какой-нибудь гениальный «Бурый квадрат». Именно это произошло с исконной культурой двух Америк. Помниться, мы уже говорили с Вами, молодой человек, о создании материально-технической базы для проведения глобальных лабораторных исследований.
Нестор внутренне содрогнулся. Только представил он не конкретную пещеру в Испании, не мрачные полотна голландского рисовальщика. А представил себе Нестор весь ход всемирной истории, в виде условных артефактов собранный в огромном археологическом музее. И увидел Нестор бравого молодца в камуфляже и защитной маске, лихо палящего из страйк-больной пукалки по сторонам, щедро мечущего разноцветную икру из шариков с несмываемой краской. Видимо, сознание услужливо выпростало из глубин памяти образ придорожного недостроя на восьмом километре загородного шоссе. Стало мутно.