Дурочка?!
— Я знаю, это не для меня, а для защиты людей! — заявила ледяным тоном.
Но, похоже, Кит больше не собирался смеяться; теперь выглядел озадачено. Выпрямился, уткнул локти в колени, облизал губы и вкрадчиво произнёс:
— Тогда как… как ты выиграла?
Перед глазами тут же пронеслись сцены с дуэлей. Оружие, кровь, нетерпимая боль…
Но голос даже не дрогнул:
— Не знаю. Оба раза я чуть не умерла. Повезло, наверное.
— Хм… в этой дьявольской игре выигрывает что угодно, только не везение.
Я посмотрела в его улыбающиеся глаза и слова сами стали выпрыгивать изо рта:
— Там была девочка, я понятия не имела, что с ней делать, я не могла её убить. Она плакала. Мне было страшно, я думала лишь о том, как её спасти, даже выкинула свой пистолет. Но это был не ребёнок. Это было желание психопата в больничной сорочке, который пустил мне пулю в живот. Удивляюсь, как не умерла на месте. Видимо пуля не задела жизненноважные органы и дала мне небольшую отсрочку. Только вот потеря крови лишала сил. Я схватила с земли осколок стекла и бросила психу в голову. Откуда взялась такая сила, тоже не знаю. Так это ли не везение, что я, находясь при смерти, попала куда нужно? Это ли не везение, что стекло оказалось возле меня?.. Я никогда не считала себя везучей, но сейчас… я не знаю, как по-другому ответить на вопрос: «Как мне удалось победить»?
Коснулась пальцами щеки — на удивление сухая.
Повисла давящая тишина, только шум дождя по брезентовой крыше немного разряжал обстановку.
— Зачем ты мне это рассказала? — усмехнувшись, спросил Кит.
Понятия не имею. Одно знаю точно — мне стало легче. Только Хивер способен понять какого это — быть там, сражаться и убивать…
— Ты дала ему имя? — Кит снова смотрел на меч.
«Об этом, что ли все кроме меня знают»?
— Не дала ещё.
— А пора бы. Говорят, у этих мечей есть душа, и если эта правда, то ему сейчас очень не по себе без имени.
Я коротко кивнула и перевела тему:
— Ты был у старейшины? Что военные думают по всему этому поводу?
— Старик Малфус чокнутый, — неряшливо бросил Кит, пожав плечами. — Больше не ходи к нему, он ничем не поможет.
— Хорошо, но что тогда делать?
— С чем? — Кит весело приподнял брови. — Такие как мы — пешки. Остальные — мишени. Что предлагаешь с этим делать?
— Но надо как-то остановить поглощение!
— Знаешь, как? Я, например — не знаю, и вряд ли мне кто-нибудь об этом расскажет. Поэтому у меня есть только одна здравая мысль — человеческую расу нужно сохранить любым путём. Так что если эта хренова Артелия провалится сюда целиком, нам больше ничего не останется, как принять это и сделать всё возможное, чтобы оставшихся людей не истребили.