Вероника и Наташа стояли перед лекционным залом, где должна была проходить первая пара. Подруги не спешили зайти в аудиторию, потому что до начала занятий оставалось больше десяти минут, а насидеться за учебный день они ещё успеют.
— Девочки, привет! — поздоровался подошедший к ним Никита.
Вероника вскользь окинула парня взглядом. Ей было интересно, какую тактику обольщения он изберёт. Во внешнем виде одногруппника не произошло ровным счётом никаких изменений: его небрежная причёска не приобрела аккуратных очертаний, да и одет он был в точности в то же самое, что и вчера. Что ж — надо отдать Никите должное. По крайней мере, он придумал что-то покреативней, чем сразить Веронику своей внешностью.
— Привет! — снисходительно улыбнулась она, и направилась в сторону входа в аудиторию, оставив парня в компании Наташи. Вероника решила, что пока она не раскусит тактику Никиты, она не будет давать ему форы, то есть не будет давать ему возможности общаться с ней.
Ника пристроилась за свою парту, ожидая, что подруга тоже вот-вот присоединится к ней. Однако Наташа появилась в аудитории только через несколько минут одновременно со звонком, оповещающим о начале занятий. Она прошла мимо Вероники и почему-то села за парту сзади, а вошедший в лекционный зал следом за Наташей Никита бесцеремонно плюхнулся на место, которое всегда по праву принадлежало рыженькой подруге, а не нахальному брюнету.
У Вероники, обескураженной происходящим, тут же в голове родилась обличительная речь, состоящая из двух пунктов: о беспросветной наглости некоторых товарищей и о непростительном пособничестве врагам некоторых друзей. Пламенный спич, который должен был закончиться решительным требованием отменить странную рокировку, уже готов был сорваться с губ, но был остановлен не менее взволнованными словами неожиданного союзника.
— Никиточка, как же так? Ты почему от меня пересел? — хлопая длинными ресничками, растерянно спросила Леночка.
Никита поднялся с места и подошёл к бывшей соседке по парте. Наклонившись к аккуратненькому ушку одногруппницы, он что-то прошептал ей. И — о чудо! Губы Леночки расползлись в счастливой улыбке:
— А-а-а, понятно. Спасибо, Никиточка!
Вероника совсем потеряла дар речи и забыла, что там такого пламенно-обличительного хотела сказать. С толку её сбивал вопрос, как этому прохвосту Никите, удалось заставить двух девушек плясать под его дудку, а одну из них ещё и благодарить его за это. Она собиралась срочно выяснить, чем парню удалось подкупить одногруппниц, но нарушил её планы вошедший в лекционный зал профессор Валентин Семёнович.