– Да, она была такой.
– Тогда разве она оттолкнула бы человека, явившегося к ней в таком жалком виде? Даже притом что он совершал в Испании дурные поступки. – Наступило молчание. – Ну, оттолкнула бы? – продолжала настаивать Рейчел.
– Нет, – наконец с неохотой выдавила из себя Пташка.
– Тогда какая у него причина ее убивать? – Снова настала тишина. – Единственная возможная причина могла заключаться в том, что она действительно попыталась оставить его ради другого.
– Нет! Фокс, наверно, запугал Элис или каким-то образом вынудил ее так поступить.
– Но ты мне сама говорила, что она готовилась восстать против Фокса и убежать с Джонатаном. Тебе не хочется с этим согласиться, и я тебя понимаю. Но Бриджит видела, как она разговаривала с другим мужчиной, а Джонатан нашел записку – приглашение встретиться, которое написал Элис какой-то человек с незнакомым почерком.
– Это не доказательство! И где она, эта записка?
– Если бы он ее не нашел, Пташка, – тихо проговорила Рейчел, – то какая у него была причина убивать Элис?
Некоторое время они шли в темноте ровным, размеренным шагом. Рейчел чувствовала себя до странного спокойной и отрешенной от всего происходящего вокруг. Ей казалось, будто ее куда-то уносит, и она беспомощно парит над землей. Взгляд внимательных глаз этой девушки… «Точно такой же, как в день моей свадьбы. Я существую лишь на краю ее мира».
– Впрочем, – продолжила Рейчел, – есть и другое объяснение.
– Какое? – чуть было не подпрыгнула Пташка.
– Он ее не убивал.
– Тогда кто это сделал? Тот человек, который написал записку?
– Так ты готова предположить, что она все-таки с кем-то встречалась? Что она полюбила другого? Тогда почему бы не допустить, что она действительно с ним убежала? Что ей было стыдно сказать об этом в лицо тебе и Бриджит, равно как и Джонатану? Она ему послала письмо, чтобы сообщить о разрыве. Капитан Саттон сам видел, как мистер Аллейн получил его в Брайтоне.
– Элис бы нас не оставила. Она бы не бросила меня. Джонатан ее убил!
– Это могло случиться, только если она была ему неверна. Другой причины быть не могло. Разве не так, Пташка? Нельзя верить сразу и в одно, и в другое!
– Вот как вы цените ту, которую считаете своей попавшей сестрой!
– Мне больше нравится считать ее вероломной и трусливой, чем мертвой, – мягко поговорила Рейчел.
– Элис была храброй и преданной!
– Значит, ты предпочитаешь, чтобы она оказалась мертва?
Даже самой Рейчел эти слова показались слишком безжалостными, и она ждала гневной отповеди, но ее не последовало. Примерно через минуту Пташка высморкалась, и Рейчел заметила, что щеки у девушки мокрые от слез.