Волк и Пеликан (Luna the Moonmonster) - страница 36

— Знаю, Гарри. Я просто хочу, чтобы ты доверял мне. Вот и все.

— Я доверяю тебе, но по существу эти вещи значат больше, чем ты и я. Слишком много жизней поставлено на кон, я не имею права ими рисковать.

— Понимаю. Так где у нас пройдет встреча?

— В том месте, где никто не сможет нас подслушать, — ответил Гарри, кладя руку на ближайшую стену и создавая дверь. Удивленный Сев прошел вслед за ним, и они уселись в кресла. Он с изумлением разглядывал коллекцию редких книг, пока не подошли остальные. Как только все расселись, Гарри вытащил план и положил его на стол.

— Друзья, спасибо за то, что пришли. А теперь, как я уже говорил, Мародеры объявили нам войну. До Хэллоуина мы должны доказать, что мы — лучшие приколисты. Я выбрал вас потому, что вы представляете все четыре факультета, что дает нам больший выбор идей и возможностей. Это будет крушением Мародеров. Все они неосторожные и импульсивные, а еще страшно храбрые гриффиндорцы. В нашей команде есть Рон, гриффиндорец, который может поделиться хорошими идеями и выведать тактику Мародеров. Он также привнесет немного гриффиндорской импульсивности. У нас есть Галатея, идеальная равенкловка, которая является хорошим тактиком и имеет мозги и знания, которые пригодятся для шуток. Есть Сев, слизеринец, который даст нам хитрость и коварство. И, наконец, Пивз — хаффлпаффец с почти тысячей лет опыта в издевательстве над людьми. У нас непобедимая команда, никогда об этом не забывайте. А теперь — за работу.

На рассвете, 16 октября, студенты Хогвартса направлялись на завтрак, не беспокоясь о мире. Когда Гарри и Рон пошли к своим столам, беспалочковой магией они наложили несколько мощных контрзаклинаний, избавляясь от любых чар, под которые они могли попасть. Они могли бы сказать, что их заклинания убрали что–то, что установили Мародеры, но не были в этом уверены. Накануне они решили начать с высокого уровня, так что на это утро была запланирована великая шалость. Когда в зал вошли Мародеры и Лили, они посмотрели на ребят в замешательсте, очевидно, удивляясь, почему не сработал их прикол. Глотнув тыквенного сока, гриффиндорцы вытаращили глаза, поняв, что он был крепким. Через несколько секунд они вскочили из–за стола, от дверей Большого Зала донеслась музыка, привлекая внимание учителей и студентов. Ребята из команды Гарри бросили взгляд на директора и были рады заметить предвкушение в его глазах. Он, вероятно, понял, кто подстроил прикол, и с нетерпением ждал, что же произойдет.

А за Гриффиндорским столом пятерка с крепким напитком в ужасе оглядывалась вокруг, затем одежда неожиданно превратилась в открытые платья, и ребята начали танцевать канкан. Четверо мальчиков все больше краснели, исполняя самый знаменитый танец Мулен Руж, а потом направились к учительскому столу и вытянули их танцевать. Они умирали от стыда от непристойных движений, которые совершали, вытаскивая озадаченных учителей, хотя Дамблдор, казалось, наслаждался, с энтузиазмом танцуя с Лили. Профессора Макгонагал и Флитвик громко протестовали, а Трелони как раз рассказывала Севел, что она давно это предвидела. Когда танец подошел к концу, вся школа громко смеялась над студентами, оказавшимися в неловком положении, а Джинни визжала в восторге от того, сколько колдографий успела сделать. Гарри рассказал ей ночью о войне приколов, и она пообещала запечатлеть это, чтобы сделать новый альбом.