– Ты врешь! Созидающие не могут убивать! От этого они теряют эликсир! Все это знают.
– Так он ведь не убил, – бросил арманец. – Он создал красоту. Сказочный цветок с белыми лепестками. Посмотри, Ева, разве он не прекрасен? Дивное творение…
Я остановилась, сжала кулаки от бессилия и злости. Этого не может быть! Линтар даже шаг не замедлил и не обернулся. Топнув ногой, я побрела за ним. Некоторое время мы шли молча, наблюдая, как гаснет свет солнца и воздух наполняется густым чернильным фиолетом.
– Кто это был? – спросила я. – Кто создал Цветок Тлена?
– Разве ты хочешь услышать ответ, Ева? – произнес Линтар.
А я не переспросила. Да, потому что струсила. Потому что ответ мог перевернуть мой мир, и я не знала, как буду жить с этим знанием дальше…
– Нужно найти место для ночлега, – спокойно изрек арманец. – Здесь нельзя передвигаться ночью, слишком опасно. Дай руку и смотри под ноги, здесь ямы.
Я с удивлением глянула на углубление в земле, присмотрелась.
– Да это следы! Но кто мог оставить такой след? О, Создатель сущего! – догадалась я. – Драконы…
– Верно, – усмехнулся арманец. – Идем, там пещеры.
– Где?
– Наверху, – показал он, останавливаясь возле почти отвесной скалы. Я растерянно осмотрела ее, понимая, что придется лезть наверх.
– Ты уже был здесь?
– Да. Ставь ногу сюда.
Дальше говорить стало сложно, потому что пришлось карабкаться наверх, обдирая руки о камни. Линтар придерживал меня, показывал, куда поставить ногу и за что схватиться, но все равно, когда добрались до небольшой площадки-выступа, у меня от слабости дрожали ноги. За площадкой оказалась небольшая пещера – ровная, круглая, с почти идеально гладкими стенами. Линтар обследовал ее и удовлетворенно хмыкнул.
– Замечательно, даже ужин нашелся.
Он присел около круглого яйца, размером с мою голову.
– Эта пещера – гнездо! – догадалась я и возмутилась: – Это же чей-то детеныш!
– Скалоройки. Жуткое создание, похожее на червя. Но яйца у них вкусные, – усмехнулся Линтар, складывая в кучу сухие листочки и веточки, накиданные на полу, и устанавливая сверху гнездо.
Я хотела гордо заявить, что никогда не разоряю гнезда и не буду есть это яйцо, но в животе настойчиво заурчало, заглушая голос совести. Так что я мысленно попросила прощения у неведомой скалоройки и прикусила язык, чтобы сдержать изумленный вскрик, когда увидела, как Линтар положил ладони на веточку, и та задымилась, а потом вспыхнула. Он засунул горящую ветвь под гнездо, совершенно не обращая внимания на разгорающееся пламя. Огонь лизал его руки, но никакого неудобства, похоже, не причинял.