Если женщина удрала от мужчины — он осел. И это одинаково и у людей, и у нархи — ро, и, наверное, даже у загадочных листэрр.
А вот ослом Шетаран быть и не привык. И к смеху за спиной — тоже. А смеялись.
Иногда — за спиной, иногда — прямо в лицо, а несколько нахалов даже подходили совета спрашивать. Мол, как так надо за девушкой ухаживать, чтобы она от тебя сбежала? Поделись‑ка, дружок, опытом? Очень надо…
Шетаран бесился, ругался, скрипел зубами, но — увы. Лес — место тихое, спокойное, и если уж кому 'повезло' стать главной новостью Леса — так просто бедняга не отделается. Его лет десять на все лады склонять будут.
Вот и склоняли.
И Шета, и его семью, а то как же? Не бывает ведь на здоровом дереве гнилых сучьев, точно, не бывает. Может, там и кто еще…?
Кто знает? Тссссс…..
Шетарана эта ситуация злила. А уж как она злила его отца…
Жрец должен обладать авторитетом. И нарабатывается этот авторитет долго, упорно и методично. А вот теряется — в единый миг.
Как ты будешь молодежь воспитывать, если из сына воспитал свина? А что? От хороших‑то парней невесты не бегают?
Как разбираться в чужих проблемах, когда свои решить‑то не способен?
Тут еще подключились все девушки, которых вольно или невольно обидел Шетаран — и заткнуть фонтан сплетен и слухов стало вовсе уж невозможно. Обиженная женщина существо изобретательное. Что было — приукрасит, чего не было — придумает.
Оххх…
Стоит ли удивляться, что к отцу в кабинет Шетаран шел со вполне понятным опасением?
— Значит так, — жрец времени тратить не собирался. — тебе придется поехать за Тайяной.
— Не понял?
— Дурак.
Шетаран промолчал, сверкнув глазами. Отец вздохнул и принялся разъяснять.
— Мы установили, что Тайяны на территории Леса — нет. Ей как‑то удалось выбраться. Более того, мы получили письма из Къянти. Там ее тоже нет. И через болото она тоже не проходила.
Шет выпучился на отца.
— Ничего не понимаю. Она не уплывала отсюда — иначе была бы в Къянти. Она не проходила через болота, иначе бы… но как?
— а вот это тебе и предстоит выяснить. Возможно, она сумела с кем‑то договориться заранее. Может быть, прошла через Разлом…
— Тогда она уже мертва.
— Чтобы в этом убедиться, тебе надо побывать у людей. Надо выяснить, где она, что с ней…
— она не мертва?
— Жива — здорова. Ее дерево цветет и зеленеет, а еще мы провели ритуал на крови.
Шет побледнел. Он знал, что жрецам доступна магия крови, но знать — одно, а слышать вот так, небрежно, от отца — совсем другое.
— Н — но…
— По крови родителей можно установить, жива ли девчонка. Так вот — она жива. И даже отлично себя чувствует.