В конце десятилетнего периода обе стороны вправе развернуть систему стратегической обороны, если бы они так решили, при условии, что они не достигли бы другой договоренности.
Как только это предложение было внесено, Гор бачев сразу заявил, что они не согласны, и выдвинул другое предложение, отличавшееся от нашего. В coo i ветствии с ним, русские хотели, чтобы мы согласились на запрещение всех исследований, разработок и ис пытаний систем СОИ, за исключением тех, которые осуществляются в лабораториях.
ВОПРОС: Было ли это увязано с сокращением?
ОТВЕТ: Совершенно верно. Это было увязано с со кращениями...
Финал такой: мы настаивали на возможности про водить исследования, разработки и испытания, что разрешено Договором о ПРО, на протяжении всею десятилетнего периода. После этого стороны вправе развернуть СОИ. Они не согласились.
ВОПРОС: Как заседание закончилось?
ОТВЕТ: Президент сказал, что после того, как они довольно долго это обсуждали, он понял, что они ни к чему не придут. И тогда президент собрал свои бумаги и встал. Горбачев тоже встал, и они оба вышли.
ВОПРОС: Можете ли вы разъяснить, насколько серьезный ущерб нанесли бы нам советские ограничс ния на испытания?
ОТВЕТ: Мы считаем, что они, по существу, поло жили бы конец программе СОИ...
ВОПРОС: Сказал ли что-нибудь президент, когда собрал свои бумаги? Был ли в этот момент какой то обмен замечаниями?
ОТВЕТ: Уверен, что да, но дословно не помню.. Президент, безусловно, сознавал, что он выдвигал ис торическое предложение. Оно привело бы к тому, что через десять лет обе стороны ликвидировали бы все баллистические ракеты. Мир стал бы гораздо более безопасным. Но проблема состоит в том — и мы не Ставим под сомнение искренность нынешних советских руководителей или то, что они не заслуживают доверия, — но история отношений такова, что в прошлом они не соблюдали договоры. А когда национальная безопасность страны зависит от соблюдения русскими такого договора, как этот, и когда от этого зависит безопасность значительной части свободного мира, то абсолютно необходимо — и это единственное, что было бы благоразумно— иметь какую-то гарантию на тот случай, если сокращения не будут проведены или иелный запрет не будет соблюдаться в будущем.
Другая проблема — это проблема ядерного оружия у третьих стран — если в какой-то момент в будущем процесс нераспространения ядерного оружия сорвется, если ядерное оружие будет распространяться — н имею в виду, что сегодня есть такие третьи страны, располагающие ядерным оружием, у которых мы бы предпочли, чтобы его не было,— и поэтому благоразумно и логично, чтобы не только Соединенные Штаты, но и Советский Союз реально захотел иметь какую-то оборонительную систему, чтобы подстраховаться на случай несоблюдения договора или приобретеНия оружия какой-то третьей страной.