Черты лица чудища плыли, менялись, нос никак не мог определиться с формой и длиной, губы то наливались, как спелые вишни, то истончались, и тогда незнакомка напротив становилась окончательно похожа на мертвеца. Даже скулы и то не могли отыскать себе места. Смолин понял, что загипнотизирован ее уродством.
– Ты опоздал, незнакомец. – Длинные, точно паучьи лапы, пальцы прикоснулись к лацкану пиджака, зато голос оказался певуч и юн. – Что бы ты ни искал, тут уже ничего нет. Если тебя зовут Эдуард, жди посланников с перстнем.
– Эдик, уходим! – позади закричала Рита. – Это вирус!
Многоглазое чудовище рвануло его на себя, но молодой человек вывернулся и побежал. Что сделала Фенечка, оставалось загадкой. В воздухе среди бьющих из земли фонтанов горящих надписей висел затянутый дымом обруч.
– Туда!
Рита, словно циркового льва, заставила Смолина прыгнуть в кольцо. Потом прыгнула сама. Женщина в ярких тряпках остановилась перед шевелящимся туманом, протянула руку, но притронуться не решилась. А через мгновение обруч растаял в воздухе.
Так больно Эдуарду еще никогда не было. Тело выгибало дугой, трясло, мучило ознобом и жаром. Казалось, болела даже одежда.
– Терпи, она тебя коснулась. – Над Эдуардом склонилась бронированная собака. – Кто-то проведал дамочку до нас, но я что-то скачала.
Пытка прекратилась внезапно, и обессиленный Смолин сел на полу. Перекрученное пространство боевого острова Фенечки показалось ему почти родным.
– Что нам встретилось?
– Не знаю, но пару уроков у программиста я бы взяла. Без боевого острова защиту дамочки сломать нереально. Если удалось скопировать кусочек кода, можно проанализировать авторский стиль. Хотя бы обозначим регион поисков.
– Слушай. – Эдуарда озарила догадка. – Если тебе достать посмертный привет одной погибшей девицы, сможешь сравнить? Перед тем как она с моста прыгнула, письмо семье отправила.
– Смеешься, сравнить письмо и то, что мы только что пережили! – Рита всем своим видом выразила презрение к его невежественности, но затем, запоздало решив не злить клиента, согласилась. – Ладно, давай. – И поманила его за собой на винтовую лестницу.
Лестница дотягивалась до третьего «этажа», изгибалась под углом в сорок пять градусов и исчезала в очередном коридоре.
– Слушай, идею домика ты, случаем, не в картинах Мориса Эшера подсмотрела? – перепрыгивая со ступеньки на ступеньку, поинтересовался молодой человек.
Собака издала звук, похожий на лай или смешок, и Эдуард решил больше не донимать расспросами проводницу. Тем более что та без предупреждения прыгнула в узкий проход чуть в стороне от лестницы. Смолин едва успел следом, ступени принялись сворачиваться в рулон.