Спал я в пути немного, поэтому глаза слипались, и спирали обсидиана, застывшие глыбы базальта и пемзы, обступившие со всех сторон, казались грозными фигурами гигантов и чудовищ. У меня появлялось ощущение, что я окружен призраками, но упорно шел вперед, крепко сжимая рукоять меча. Наконец, вдали показались ледяные пустыни, и сквозь слой облаков стал виден красный круг солнца, а рядом с ним тускло мерцающие звезды.
Я обрадовался, увидев эту картину. Когда впервые попал сюда, ледяное пространство показалось суровым и опасным, но теперь, после долгого пути среди мрачных скал, оно не выглядело таким страшным.
Я увидел гору, о которой говорила Королева Чаши. Она, действительно, стояла отдельно, на самом краю ледовой равнины.
Я долго не спал и последние полмили шел, пошатываясь, уже не в состоянии бороться со сном. Ступив на первую же ступень, выдолбленную на склоне, рухнул на землю и заснул, как убитый.
Проснувшись, почувствовал себя отдохнувшим и начал подниматься по ступеням вверх, пока, наконец, не добрался до места, которое когда-то было входом в пещеру. Теперь же войти в нее было невозможно: входное отверстие забито застывшей массой красного и желтого обсидиана.
Ожидал, что увижу дверь, которую должен буду сломать, но что мог сделать с такой мощной глыбой?
Я растерянно посмотрел по сторонам, но вокруг были лишь мрачные горы и прилипшие к ним коричневые облака. Королева Чаши сыграла со мной недобрую шутку.
- Будь проклята! - завопил я.
- Будь проклят! - ответили горы. - Будь проклят!
Я вырвал из ножен Черный Меч и с яростью вонзил его в обсидиановую глыбу. Куски обсидиана полетели в разные стороны, и я в изумлении еще раз ударил мечом по глыбе. И снова куски блестящего камня упали на землю.
Черный Меч вновь вонзился в обсидиан. На этот раз глыба с грохотом рухнула, открыв вход в темную пещеру. Спрятав Меч в ножны, я перешагнул через осколки камня, зажег фонарь и заглянул внутрь.
Машина, о которой говорила Королева Чаши, была там.
Но королева не предупредила меня о другом - что встречу еще и пилота.
Он сидел в воздушной колеснице и молча смотрел, как бы предупреждая об ожидающей меня судьбе. Длинный и худощавый, одетый в доспехи Серебряных Воинов, он сидел здесь, наверное, века: мне улыбался гладкий череп, вцепившийся костями рук в борта колесницы, словно напоминая об опасности, о смертоносных лучах, таившихся в двигателе машины. Проклиная все на свете, я сшиб череп и выбросил кости из колесницы.
Королева Чаши уверяла, что управлять колесницей легко, и в этом она не ошибалась. В колеснице не было никаких приборов, кроме вертикально установленного в полу хрустального стержня. Им-то и управлялся двигатель. Передвигая стержень вперед, назад, под углом, можно было подниматься над землей, увеличивать и уменьшать скорость, набирать высоту.