Поразительно, но мы с Зепаром в течение нескольких минут настолько отгородились от реальности, что даже не заметили, как орет Лилит, пытаясь пробиться к брату. Причем самое удивительное, что воины, побывавшие в передряге вместе с повелителем, оцепили нас плотным кольцом, не пуская ее. Могла ли я представить еще сегодня утром, что кто-то решится на подобное - навлечь на себя гнев мстительной и коварной демоницы ради того, чтобы позволить нам двоим урвать маленький кусочек счастья? Видимо, и правда Зепар за эти страшные часы, проведенные в девятом мире, заслужил не просто уважение, а самую настоящую преданность этих людей.
Но как и все хорошее, эти сказочные минуты рано или поздно должны были закончиться. В уши все же прорвались ругательства Лилит, которая клялась всем вокруг головы поотрывать, и призывала брата ставшим резким и визгливым голосом. Я с неохотой оторвалась от губ моего прекрасного повелителя и увидела, как он обреченно закатил глаза. Наверное, подумал о том же, о чем и я. Ему тоже хотелось, чтобы все вокруг исчезли, оставляя нас наедине и позволяя в полной мере прочувствовать счастье, которого едва не лишились навсегда. Но мы не могли думать только о себе. Слишком нелегкое положение складывается. Нужно что-то делать, принимать решения.
Я похолодела, окончательно сбрасывая пелену романтических грез. Есть кое-что, что обязана рассказать Зепару. И медлить нельзя. Пока повелитель успокаивал разъяренную сестру, позволив, наконец, воинам разорвать оцепление, я лихорадочно искала глазами Валафара. К счастью, нашла его на том же месте. С видом полной бесстрастности архидемон наблюдал за происходящим вокруг, а его губы чуть кривились в гримасе, которую нельзя было однозначно трактовать.
О чем он думал сейчас? Какие очередные коварные планы строил? Я боялась даже представить. Но больше всего беспокоило то, что взгляд его то и дело устремлялся на Зепара, а в глубине фиолетовых глаз все сильнее разгорались золотистые искорки. За что он настолько ненавидит повелителя, что пошел на такое? Или дело в другом? Просто честолюбие и амбиции? Хочет сам занять место Зепара, считая, что больше достоин этого? Я могла только догадываться.
Кто знает, может, в дело отчасти примешивалась и ревность, и моя скромная персона - то, что побудило его начать действовать? Тяжело вздохнула, потом решительно стала протискиваться сквозь толпу к лорду Вайлену, о чем-то переговаривающемуся с архидемоном-военачальником. Еще несколько дней назад я вряд ли бы решилась вторгаться столь бесцеремонно в чужую беседу, но сейчас для расшаркиваний точно не время.