— Прошу садиться, товарищи.
Расселись вокруг стола: Грушко, сухопарый седой Белов, эксперты-радиофизики Верейский и Кабанов, сам Зернов.
— Слушаю.
— Ваш дезинтегратор — величайшее открытие с момента создания атомной бомбы! — веско заявил Белов. — Ни с чем подобным мы не встречались.
Эксперты дружно кивнули, соглашаясь с мнением начальника лаборатории.
— А между тем сделан он буквально «на коленке», — продолжал Белов. — Мы его разобрали подетально, изучили каждый элемент. Ни один контур не должен создавать никаких неучтенных эффектов. Все элементы давно известны, ничего нового в них нет. И при этом нейтрализатор работает! То есть действительно каким-то невероятным образом разрушает молекулярные и межмолекулярные связи!
— Всё дело в комбинации частот, нейтрализующей электронный обмен оболочек атомов, — высказался эксперт Верейский. — Мы пока не понимаем физического субстрата этого феномена.
— Ни одна из существующих физических теорий не допускает даже в принципе подобного эффекта.
— Придётся корректировать теории, — сказал Грушко с улыбкой.
— Придётся. Поле, излучаемое неймсом, исключений не делает, оно одинаково хорошо испаряет любой материал.
— Не испаряет, — возразил второй эксперт, — возбуждает лавинообразный акцепторный процесс.
— Термин некорректен, — поморщился Верейский.
— Господа, не спорьте, — сказал Белов. — По сути сконструировано абсолютное оружие, способное изменить все существующие военные концепции.
— Меня больше интересует возможность применения дез… э-э, неймса в качестве ликвидатора климатических аномалий, — сказал Зернов.
— По идее он действительно способен снимать напряжённость электрических полей в атмосфере, — сказал Белов, — и воздействовать на ионосферу. Однако нужны эксперименты. Да и мощность имеющегося образца невелика.
— Сколько времени потребуется вам на создание опытной установки?
Эксперты снова дружно посмотрели на Грушко.
Директор завода поскрёб двойной подбородок, нерешительно глянул на Белова.
— Месяца два, наверно, может, чуть меньше. У нас пока на руках только этот кустарный образец, ещё параметры не просчитаны как следует.
— Просчитаем, — кивнул начальник лаборатории.
— Даю две недели, — сказал Зернов. — Разработку зашифруйте под названием «Шершень». А теперь показывайте мне новый «Коршун». Остальные оргвопросы обсудим по пути в цех.