Он опустился на меня всей тяжестью своего тела и поцеловал меня. Я оказалась в ловушке под ним, почти задыхаясь от его поцелуя. Это было слишком страстно, слишком жарко, я еще не была к такому готова. Я отталкивала его, стараясь увильнуть от его поцелуя, и наконец, схватила за стянутые в хвост волосы, чтобы заставить его оторваться от моих губ.
- Ты еще недостаточно для меня сделал, Ричард, - сказала я сквозь зубы.
Он взглянул на меня, и я увидела мелькнувшую в его глазах мысль о том, что он, вероятно, достаточно силен, чтобы заставить меня. Он был больше меня, и я была безоружна; только доверие позволило ему зайти со мной так далеко. Доверие к нему и Жан-Клоду. Увиденная мною мысль дала мне возможность кое-что понять о тех демонах, с которыми он боролся. Не то, что он оборотень и волк зова Жан-Клода, преследовало Ричарда. Некоторые стороны его существа были бы в нем, даже будь он человеком, как и хотел. Это тоже отразилось в его карих глазах, отчего я снова почувствовала легкую дрожь страха на моей коже.
Он опустился ниже, даже моя хватка на его волосах не помешала ему это сделать. Когда он спустился достаточно низко, он начал целовать мою грудь, нежно, очень нежно. Он проложил дорожку поцелуев по обнаженной части груди в вырезе, обрамленной застежкой-молнией и кожей, и каждый поцелуй был очень нежным. Я позволила его волосам проскользнуть сквозь пальцы, пока он целовал мое тело через кожаное платье, спускаясь еще ниже. Потом он положил свою голову мне на колени, просто ощущение ее веса сквозь мягкую кожу платья заставило меня закрыть глаза и задрожать. Моя голова, должно быть, запрокинулась, потому что когда я подняла ресницы, я увидела линии тела Ашера. Он встретил мой взгляд. В его глазах не было ни покорности, ни подчинения. Этот взгляд совершенно точно давал понять, что он - доминант. Ашер был подчиненным и более покорным, чем я могла бы быть. Именно он объяснял мне, что я никогда не смогу покориться. Я была доминантом, который иногда был снизу, но это не то же самое, что всегда быть тем, кто подчиняется. Ашер мог быть тем, кто подчиняется, и те вещи, которые просто раздражали меня, его возбуждали. Но он ходил по грани. Он мог переключаться во время секса быстрее, чем любой, кого я когда-либо видела. В одно мгновение ягненок мог стать львом. Сейчас я смотрела на льва. Его взгляд ощупал мое тело и перешел на Ричарда. Я была почти уверена, что не я заставила его превратиться снова в хищника. Это был вид обнаженного тела Ричарда, который лежал так близко, но все еще так далеко.