К счастью, Блейкли еще не закончил.
Вечно радостный он, вечно лестный.
Мир признает его, пусть он тесный.
Путь его в этой жизни известный —
Он политиком станет, если верить не станет,
Если верить не станет, советам… нечестной.
Нед сомневался, насколько это соответствует понятию комплимента. Слова «вечно радостный» вряд ли можно было назвать правдой. Он вновь обернулся. В отличие от большинства собравшихся леди Кэтлин не пожирала глазами поющего лорда Блейкли. Она осторожно посматривала по сторонам, вцепившись пальцами в подлокотники. Казалось, она вела себя так, будто детали меблировки комнаты интересуют ее гораздо больше, чем устроенное Блейкли представление.
Между тем Блейкли продолжал:
Нед достоин признанья, он живет в ожиданье,
Не отравлен он горем интриг.
Исключенье лишь в той, что задумана мной,
Для того чтоб сорвать ее…
Блейкли вывел последнюю трель – если эти каркающие звуки можно назвать столь мелодичным именем – и, не отводя взгляда, уставился на мадам Эсмеральду. Нед пытался додумать пропущенную рифму. Сорвать ей парик? Ее блик? Ее… крик?
Мадам Эсмеральда густо покраснела и схватилась рукой за горло. Как странно.
– Сдается мне, что моя последняя строчка вышла без всякого размера или рифмы, – заключил выступление Блейкли.
Наступила чудовищная тишина. Благословенная тишина. Взгляды, которыми обменивались собравшиеся, говорили об одном – Господи Всемогущий, пожалуйста, скажи, что это кончилось. Блейкли оглядел публику с типичной презрительной невозмутимостью, словно призывая отважиться и освистать его.
Однако они не отважились. Нед представлял мысли, витавшие в их голове. В конце концов, он был маркиз. Возможно, в Бразилии все по-другому. Представление было экзотичным. Коротким. И вовсе не таким ужасным, как та китайская опера, которой их потчевали в прошлом году.
– Браво! – воскликнул Нед и бешено зааплодировал. Публика с благодарностью присоединилась к его аплодисментам.
Блейкли сухо поклонился и стал прокладывать сквозь ряды собравшихся путь к своему стулу. Он даже не взглянул на Неда, не поблагодарил за то, что тот только что его спас.
Ха. Если у Блейкли нет скромности, почему Неду не сыграть на его чувствах еще раз?
– Бис! – восторженно завопил Нед.
Блейкли пригвоздил мальчишку взглядом, обещавшим немедленное четвертование. К счастью для сохранности конечностей Неда, никто не поддержал его опрометчивого крика. Блейкли продолжил свой путь, принимая очень вежливые, но не совсем воодушевляющие аплодисменты.
Он ответил на приветственный кивок Неда и уже достиг своего места рядом с мадам Эсмеральдой, когда назойливая леди, сидевшая по правую руку от Неда, обратилась к нему.