— Ты все проблемы предполагаешь решать подобным образом? — вздохнула я, тем не менее сдаваясь без боя и запрокидывая голову, подставляя горло под поцелуи.
— Хороший надежный способ, — со смешком отозвался он, невозмутимо стягивая с меня одежду. — И попробуй сказать, что тебе не нравится.
Врать не любят не только Одержимые, поэтому я предпочла промолчать, помогая мужчине выпутать меня из платья и избавиться от собственного комбинезона. И снова от соприкосновения обнаженных тел у меня захватило дух, а все мысли разом вылетели из головы. Желание вспыхнуло мгновенно, с одного поцелуя, с одного взгляда глаза в глаза.
Вот только когда мужчина перекатился на спину, усаживая меня верхом, я вдруг смутилась под его горячим взглядом.
— Игорь, я не… — начала я виновато, и сама не понимая, что именно «не». Зато это, кажется, понял он. Осторожно перехватил мои руки, которыми я, даже не заметив этого, пыталась прикрыться, положил ладони себе на грудь, аккуратно прижимая одной рукой, а второй начал ласкать меня, с жадным вниманием разглядывая мое лицо.
— Ты очень красивая. Всегда, а вот такой нравишься мне больше всего: возбужденной, откровенной, живой. Я не хочу заниматься с тобой сексом быстро и в темноте под одеялом, хочу любоваться тобой. Мне казалось, ты это поняла еще у варов.
— Об этом я подумать не успела, — пробормотала я, а в следующее мгновение, охнув, дернулась от особенно острых ощущений, сбиваясь с дыхания и мыслей.
И опять Одержимому удалось очень легко и быстро заставить меня забыть о смущении, обо всех вопросах и проблемах, оставив только способность чувствовать. Чувствовать возрастающее желание, тяжесть направляющих и придерживающих мужских ладоней на бедрах, жар тела и взгляд, полный восхищения. Сейчас мне казалось — заслуженного; сейчас очень легко было ему поверить.
Глава девятая
Промежуточный отчет
Танцы — перпендикулярное выражение горизонтальных желаний.
Джордж Бернард Шоу
Я лежала на груди мужчины, меньше всего желая сейчас шевелиться и о чем-то думать. Хотелось как можно дольше задержать это ощущение уютного тепла, уснуть и проснуться в каком-то другом качестве, без отравляющих жизнь мыслей.
Но меня настойчиво грызли страх и неуверенность. В себе, своих ощущениях, своих поступках — и в этом самом мужчине, сейчас бережно гладящем меня по голове.
Я знаю этого человека всего месяц и, кажется, всерьез собираюсь за него замуж. Он грубый, прямолинейный, бескомпромиссный, властный, вспыльчивый, ревнивый, да еще воспринимает меня фактически как свою собственность. Я точно в своем уме? Интересно, нет ли среди способностей Одержимых какой-нибудь, позволяющей влиять на разум? Или это личный талант?