– Не знаю. Сначала он старался выяснить, кто я такой, а затем – чем я занимаюсь. Все это не позволило мне ближе познакомиться с ним, хотя завуалированное любопытство и манера речи выявили не лучшие стороны его характера. Ты считаешь его привлекательным?
– Нет. Конечно нет! А вы?
– Я тоже. Но мне почему-то подумалось, что он может нравиться тебе. Еще один вопрос. Он часто бывает в этом доме?
– Да, если находится в городе. Когда я приехала сюда, он был в деловой поездке. Мистер Белл, вы приехали из Оксфорда или из Милтона?
– Из Милтона. Не видишь, что я весь закоптился?
– Вижу. Но я думала, что это скорее от древней пыли Оксфорда.
– Перестань и будь разумной девушкой. В Оксфорде я мог бы созвать всех землевладельцев и уговорить их согласиться на мои условия. Это потребовало бы половины тех усилий, которые я затратил на твоего милтонского лендлорда. Он не хотел расторгать договор об аренде до следующего июня. К счастью, мистер Торнтон нашел для него нового арендатора. Маргарет, а почему ты не расспрашиваешь меня о мистере Торнтоне? Смею сказать, он действительно оказался твоим добрым другом – снял с моих плеч больше половины всех забот.
– И как он поживает? – тихо, но вполне отчетливо спросила Маргарет. – Как идут его дела?
– На мой взгляд, у парня все в порядке. Я оставался в его доме, пока мне не надоела их постоянная болтовня о свадьбе этой девочки Фанни. Торнтон тоже утомился, хотя она приходится ему сестрой. Он все время уходил в свою комнату. Очевидно, он миновал уже тот возраст, когда люди волнуются о подобных вещах, будь они важными или банальными. Правда, меня удивило, что их степенная мать, оказавшись в потоке предсвадебной суеты, прониклась энтузиазмом своей дочери и страстно увлеклась выбором кружев и флердоранжа. Я думал, что миссис Торнтон прошла более суровую закалку.
– Она может использовать любую маску, чтобы скрыть слабости своей дочери, – сказала Маргарет, голос которой по-прежнему звучал тихо.
– Наверное, так оно и есть. Ты неплохо изучила ее, верно? Кажется, она вела себя с тобой не слишком нежно?
– Да, – ответила Маргарет. – А вот и чай!
Последнюю фразу она произнесла с явным облегчением.
Во время чаепития пришел мистер Генри Леннокс. Надеясь застать брата и невестку дома, он после ужина решил наведаться в их особняк. Это была его первая встреча с Маргарет с того памятного дня в Хелстоне, когда он предложил ей руку и сердце, а затем получил отказ. Маргарет подозревала, что он тоже был рад присутствию третьей стороны в лице мистера Белла. Она с трудом произнесла слова приветствия и быстро отошла к чайному столику, ибо суета возле него давала ей возможность сохранять молчание, а ему – время, чтобы прийти в себя. Честно говоря, этим вечером он заставил себя отправиться на Харли-стрит, чтобы возобновить отношения с Маргарет. То, что было бы неловким даже в присутствии капитана Леннокса и Эдит, теперь оказалось вдвойне сложнее, поскольку он встретил в гостиной единственную леди, с которой ему волей-неволей придется общаться большую часть беседы. Маргарет первая взяла себя в руки и заговорила на тему, пришедшую ей на ум после неловкого молчания.