Раздался щелчок закрываемой двери. Резо опустил пистолет, вспомнил, что стоит в одних трусах, и бросился надевать брюки. Он не успел еще застегнуть пуговицы, когда она вошла в комнату.
— Извините, — сказал он, застегиваясь.
— Вы все слышали? — спросила она.
— Почти все. Но они врут, я его не убивал.
— Это я уже поняла. Что вы думаете делать? Мне не понравился взгляд этого майора. Он, кажется, что-то подозревает.
— Да, — согласился Резо, — они могут начать прослушивать ваш телефон. И еще хуже — установить наблюдение за вашей квартирой. Мне нужно срочно отсюда уходить.
— Это не выход, — возразила она. — Они могут арестовать вас прямо на улице, перед домом.
— Мне нужно еще позвонить, — вспомнил Резо, — но от вас нельзя. У вас есть среди соседей друзья или люди, с которыми вы в хороших отношениях? Я позвоню в Тбилиси от них. Я, конечно, заплачу за разговор, но мне нужно обязательно позвонить и предупредить жену, чтобы она не возвращалась в Москву.
— Я договорюсь, — согласилась она, — только вы спрячьте свой пистолет, а то напугаете соседей. — Он согласно кивнул, доставая новую рубашку из пакета, в котором она была упакована.
Сидевший в автомобиле Рожко сказал своему напарнику:
— Мне она не понравилась. Слишком эмоционально переживала насчет гибели своего друга. А они были знакомы всего несколько месяцев. Говорит, что у нее в доме ремонт, а в холле на полу коврик лежит чистый. Получается, что рабочие у нее взлетают над этим ковриком. Нужно передать, чтобы подключились к ее телефону. Может, она все же знала этого грузина.
— Как ему удалось убежать? Там же четверо наших было? — спросил коллега у Рожко.
— Очень просто. Вошел в подъезд, попросился по нужде. Бурый пошел его сопровождать. Водителя на улице оставил, а сам вместе с ним в подъезд вошел. Что с уголовника взять? Как быдлом был, так им и остался. Вообще зачем их позвали? Сами бы справились, без них.
— Он убил Бурого?
— Лучше бы убил. Но только ранил. Схватил пистолет и прямо в наручниках убежал.
— Кретины! — зло бросил Рожко. — Но ничего. Без документов далеко не убежит. В наручниках, без денег и документов точно не убежит. Но на всякий случай нужно телефон этой дамы несколько дней на контроле подержать. Мы уже взяли на контроль телефон его семьи в Тбилиси. Теперь откуда ни позвонит, мы сразу засечем. Нам Слепнев всем головы оторвет, если не найдем грузина.
В кабинете Семена Алексеевича мы просидели до вечера. Позднее к нам присоединились Дубов и Лобанов. Потом пришел Галимов. В общем собрался полный комплект проверяющих. Галимов стал рассказывать, как сотрудники ФСБ и МВД отрабатывают все версии возможных причин убийства, рассказывал, как работают эксперты — баллисты, криминалисты, патологоанатомы. В общем, говорил нудно, долго, не по делу и всех только раздражал своим голосом. И под конец появился Облонков. Войдя в кабинет, сел на стул в углу и не вмешивался ни во что. Я пристально смотрел на него, пытаясь определить, знает ли он что-нибудь о смерти Семена Алексеевича. Причастен ли он к этому убийству?