- Кирилл, не зевай! Уходим из створа. - Я спохватился от резкого окрика Святослава Георгиевича и взялся за двойные рукояти управления "вспомогачами" - корректирующими нагнетателями. Вообще-то, они используются довольно редко, но иногда без них просто не обойтись. Шлюп, конечно, не "кит" и даже не каботажная "селёдка", но парусность у него порядочная, и точный вертикальный спуск или подъём без "вспомогачей" не обеспечить.
- Есть контроль, Святослав Георгиевич.
- Наконец-то. Лево - два. Стоп. Кормовые - один. Стоп. Есть створ. Фиксируй.
Щелчок кнопки, и вертикальные и горизонтальные риски, пересекающие серый овал изображающий купол шлюпа за стеклом вертикального курсора, обнулились и замерли, чтобы тут же снова попытаться разбежаться в стороны. Не выйдет. Зафиксированные в горизонтали, послушные моим приказам, "вспомогачи" не дадут уклониться "Резвому" с заданного курса.
Глава 4. Шуточки-прибауточки
На высоте в пять с половиной миль, к гудению основных нагнетателей, фырканью "вспомогачей" и свисту ветра добавился скрип. Пугающий звук… это купол начал "жаловаться" на наши издевательства. Мы с Хельгой переглянулись, но Ветров продолжал всё так же невозмутимо следить за приборами, ни единым жестом не показывая беспокойства.
- Почти вышли, Кирилл. - Знакомые интонации. Точнее полное их отсутствие. - Внимание. Сбавь ход до двух.
- Есть два щелчка. - Откликнулся я, убавляя мощность. Нагнетатели чуть притихли, а через двадцать минут неожиданно пропал и свист ветра и скрип купола. Не понял. Даже моё чутьё говорит, что ветра за бортом нет… Вообще! Зато в десятке метров от шлюпа, настоящее буйство!
- Спокойно. Всё так и должно быть. - Словно услышав мои мысли, проговорил Святослав Георгиевич. Я глянул в сторону замершей в своём кресле Хельгу, но рассмотреть выражение её лица за маской "дыхалки" было невозможно. А глаза… Ну что глаза? Зажмурилась она.
Минута, показавшаяся мне часом, прошла в полной тишине. Неожиданно, риски на вертикальном курсоре снова задрожали и… замерли намертво, словно их пришпилили.
- Не трожь "вспомогачи". - Опять он мысли читает. Я перевёл взгляд на Ветрова, но тот только кивнул в сторону обзора… за которым я увидел огромную металлическую дугу обрамлённую огнями, и поднимающуюся из-под неё тень. Нет, гигантскую полукруглую створку!
Под днищем что-то лязгнуло, грохнуло, и высотометр на приборной доске моментально встал "в ноль". Кажется, мы сели… точнее, нас "сели". Хлопок купола, сложившегося по команде Ветрова, тому доказательство.
Но на этом удивительное не закончилось. Стоило створкам захлопнуться, образовав посадочное поле под днищем нашего шлюпа, как на тёмной вертикальной стене перед шлюпом вдруг высветился широкий прямоугольник, открывающегося проёма. Туда наше "посадочное поле" и поехало, втягиваясь, словно язык хамелеона схватившего муху. Очень медлительного хамелеона, честно говоря. Но это было зрелищно! Очнулся я только в тот момент, когда "Резвый" въехал в огромный ангар, где находилось не меньше десятка разнокалиберных шлюпов и яхт. Интересно, а они также как мы сюда добирались? Если да, то я готов аплодировать их экипажам. Нужно быть сумасшедшим, чтобы каждый раз так рисковать, забираясь в чрево парящего города.