– Это хорошо, что из левого, – усмехнулся ярл. – Правая, стало быть, за черен цепляться не будет. Что скажете, хольды?
– Мне как-то приснилось, что у меня хер вырос – как у быка, – хмыкнул Грейпюр. – Проснулся, и – точно вырос. Не как у быка, поменьше, но не менее чем в пядь. Так с тех пор…
– …он здорово укоротился, – подхватил Келль.
– А у тебя…
– Я по делу спрашиваю! – рявкнул Хрогнир.
– Так и я – по делу, – не смутился Грейпюр. – О снах же.
– Кетильфаст!
– По мне, так уходить – стоит. Добычу мы взяли изрядную. А про схоронки, которые не выпытали, уже, думаю, не узнаем.
– Это ты так думаешь, – возразил Грейпюр. – А я за день-другой из любого что хочешь вместе с жилами вытяну.
– Всё б тебе жилы тянуть, – проворчал скальд Торд Сниллинг.
Грейпюр зыркнул исподлобья, но промолчал. Торд Сниллинг, как всякий скальд, слыл колдуном. Да и прозвище у него было говорящее. Сниллинг означало – знающий, а знающими здесь именно колдунов и называли. Но только своих колдунов. Правильных. Чужих же убивали при первой возможности. Кстати, именно Торд в свое время посоветовал содрать шкуру с того неудачливого игрока, который заявился в ярлов поселок с «калашом». Потому Санёк обычно старался держаться от скальда подальше. Мало ли…
– Значит, ты услышал голос, который сказал тебе «проснись и беги», так? – уточнил скальд.
– Да.
– Может, еще что вспомнишь?
Санёк пожал плечами:
– Это сон, – напомнил он. – Я уж и забыл его… почти.
– Уходить надо, – гнул свою линию Кетильфаст. – Добычи взяли изрядно.
– А может, самое ценное осталось? – возразил Грейпюр. – Самое ценное лучше всего берегут. Рано уходить. Есть еще кого поспрашивать.
Словно в подтверждение его слов со стороны городка донесся долгий сиплый крик.
Санёк в общем-то знал, что представляют собой викинги. Хотя бы по рассказам мастеров из учебки. Но это была теория. Практика же – это когда во власти морских разбойников оказывался целый городок, включая женщин и детей…
Впрочем, детей не трогали. Да и женщин… Не в этом смысле. Кто доверит женщине важную тайну? Разве что – матери. Но мать вождей-братьев умерла, а их жены… С ними обошлись как со всеми. То есть скверно, но железом не жгли.
«Если я когда-нибудь стану вождем в этой Игре, мои воины специально мучить не будут, – дал зарок Санёк. – Только убивать».
– Торд, что скажешь?
– Бог говорил с мальчишкой, – скальд похлопал Санька по колену. – Вопрос: какой?
– Он красавчик, – заметил Грейпюр. – Не иначе это был Фрейр.
– Если так посмотреть, то я бы решил, что это был Локи, – возразил Кетильфаст. – Этот дренг неглуп и хитер, – и подмигнул Саньку: – Был бы парень рыжим, я б даже не сомневался.