Сержант Титов относился к нам с предвзятостью, а мы к нему не относились никак. Мы подчинялись, стараясь при этом соблюсти лицо второго курса, и пытались отстоять свои права, если таковые существуют в армии вообще. Старшине это не нравилось, но он посягнул на годами сложившиеся устои курсантской иерархии.
Титов мог сгоряча и не разбираясь объявить строгое взыскание, однако потом, как положительный момент, он не стыдился, вникнув в ситуацию, его отменить, тем самым признав свою ошибку.
Тот наряд по роте складывался для нас с Костей Кож-мяковым тяжело. Во-первых, двое дневальных, вопреки устоям, были назначены старшиной со второго курса и один с первого, притом что первокурснику досталась трудовая зона ответственности, не свойственная младшему — класс ТСП, ленкомната и бытовка, а нам с Костей — санузел и ЦП.
Ночь мы провели, глядя в унитазы — чаши «Генуя» — и старательно отчищая налет мочевины кирпичом. Почти в полном изнеможении мы добрались до вечера и приступили к сдаче наряда, не особо беспокоясь, потому что все сутки только и делали, что драили подведомственные объекты.
Первокурсник, который был дневальным вместе с нами, быстро сменился, а у нас наряд принимал лично сержант Титов. Три часа подряд мы раз за разом приглашали его, чтобы сдать умывальник, и неизменно старшина с невозмутимым лицом колупал ногтем грязные пятнышки на стене, которые на поверку оказывались дефектом кафеля, тер пальцем черные полоски, которые оказывались трещинками в старой плитке, хмуро осматривал блестевший чистотой пол, а затем уходил, так и не приняв работу.
За пятнадцать минут до отбоя мы с Костей решили побороться за свои права и осмелились напомнить старшине об уставном положении, по которому запрещалось задействовать сменившихся дневальных в течение четырех часов.
Титов зловеще и не без ехидства посмотрел на нас и отпустил спать. В двадцать три часа мы, наконец, улеглись, но уснуть не успели. Замкомвзвода Миша Будилов объявил всему взводу: «Поступила команда от старшины выделить двух человек для помощи дневальным в сдаче наряда. — Потом сделал паузу и добавил: — Кожмяков, Бронников, подъем!» Иными словами, мы были назначены в помощь самим себе, чтобы сдать наряд.
В санузле нас уже ждал Титов с изуверской улыбкой на губах. На тот момент в конфронтации мы со старшиной не были, «залетов» также не имели. Для меня до сих пор осталась загадкой причина такого откровенного издевательства.
Примерно в это же время у нас во взводе случилось ЧП училищного масштаба, а именно: драка. Схватились замкомвзвода Будилов и командир первого отделения Леша Зимняков. Конфликт носил затяжной характер, и, в конце концов, нарыв лопнул. Дело было субботним вечером, и в расположении почти никого не было — кто в увольнении, кто в клубе на фильме, кто-то убежал заниматься спортом, — и свидетелей почти не было, а для командования, которое пыталось провести расследование, — так и вообще никто ничего не видел. Появилась версия — «упал с брусьев». Так или иначе, отчислены были оба, а жаль. И тот, и другой были прирожденными десантниками. Спецназ потерял двух потенциальных отличных офицеров.