— Борон уже все подготовил! — С ехидством сказал, встречающий.
Страх и гнев нахлынул к сердцу Элизабет. Как смело это ничтожество разговаривать с ней так. Ну, ничего вы у меня еще все ответите за мои унижения, — подумала Элизабет, но ничего не ответив, продолжила движение. Через час она въехала в замок, который, напоминал усыпальницу Шелфуртского рода. Своды его были мрачны. Повсюду пахло сыростью. А у ворот, на колья было насажено несколько голов, непокорных крестьян. Черные обветшалые камни замка были покрыты мхом, а кое-где зияли дыры. Элизабет больше ни кто не встречал, стража у ворот угрюмо посмотрела на хозяйку, и занялась своими прежними делами. Элизабет была привычна такого рода обращению, в стенах своего дома. Не смотря на обветшалый вид сооружения, они были богатым семейством. Просто борон, был изрядным скрягой. Элизабет вошла в главный зал. За огромным столом сидел, настолько же огромный мужчина. Ростом он был более двух метров, огромное мощное тело напоминало буйвола. На зверином лице красовался огромный шрам. Увидев Элизабет, он встрепенулся и направился по направлению к ней.
— Элизабет! Я так рад тебя видеть! Ты ведь соскучилась по мне? — Грубым голосом спросил он.
— Было бы по кому скучать. Где мой мальчик? — Грубо ответила она.
— Мамочка. Как я рад вас видеть! — Подходя к ней, произнёс юноша.
Он был высоким широкоплечим мальчиком. У него было приятное лицо, и крепкие руки. Из него подрастал настоящий воин. Мать обняла сына и поцеловала его в щеку.
— Мама! Папа, взял меня с собой в разъезд. Мы искали орков. Жаль только, никого не нашли, — сказал мальчик.
— Как, ты взял нашего сына с собой?! Да, его же могли убить! — Закричала Элизабет.
— Убить могут каждого. И каждый рано или поздно умрет. Важно чтобы воин знал это с детства. Иначе он никогда не преодолеет страх смерти, — громогласно сказал борон.
— Ты животное! Я ненавижу тебя! — Закричала Элизабет.
Мальчик, не желая слушать ссору родителей, удалился из зала. Борон же грузными шагами начал «убегать» от женщины. Она же наседала и лупила его по спине.
— Ненавижу, слышишь, ненавижу! Я убью тебя! — Кричала она.
— Ты стала еще более сумасшедшая, чем раньше. Что ты ко мне пристала. Я не трогаю тебя, как мы и договорились. Но ты не отберешь у меня моего сына! — Прокричал громила.
— Я тебя всегда ненавидела. Как я тебя только увидела. Мне стало страшно, такое чудовище даже в страшном сне в мужьях не привидеться. Борон изменился в лице. Он набросился на Элизабет и начал рвать на ней одежду. Она пыталась вырываться. Но не могла освободиться от рук гиганта. Через полчаса все было кончено. Она лежала на столе полностью опустошенная. Граф лежал на лавке и спал. Она встала и поднялась наверх. Заглянула в сундук и вытащила большой пистолет. Она посмотрела, заряжен он или нет. Да он был заряжен. В ее голове мелькнула мысль, а не застрелиться ли ей. И ей так захотелось выстрелить себе в голову, что она медленно начала подносить дуло к виску. Но вдруг ужасная ненависть охватила ее, заполнив все ее мысли. «Да, он умрет, не как воин, а как собака», — подумала она. Женщина спустилась в низ, где лежал борон. Он плакал как ребенок, причитая: