Чем многие с удовольствием пользовались. Игрок же — как ребенок. Он каждый раз испытывает допустимый предел поведения. И стоит сделать раз исключение и позволить укусить себя за палец, в следующий раз объектом нападения станет целая рука, и пошло-поехало. Как говорится, коготок увяз — всей птичке пропасть…
А следующая ситуация заставила Аркадия задуматься об ответственности за свои слова и поступки. Действующие лица те же: Аркадий, Саша Цаплин и «примкнувший» к ним Валериан Питерский.
Как-то вечером в «Государыню» заехал высокий, поджарый, подвыпивший мужчина, все руки и пальцы которого были украшены татуировками, свидетельствующими о том, что их владелец совершил не одну ходку. По национальности он был славянин. Сопровождал его товарищ, ничем таким не приметный, за исключением таких же синих перстней. Друзья застолбили стол блек-джека и пошли ужинать в «Радугу». Вернувшись, вели себя за столом очень буйно, причем в этом усердствовал высокий и худой, к которому его товарищ обращался не иначе как Валериан. Позже промелькнула фраза, что они прибыли в Москву на «гастроли» из Питера. Поэтому и Валериан Питерский. Играли всю ночь, запивая проигрыш огромным количеством водки. Валериан шумел по поводу и без повода: кричал, матерился, в общем, ничего необычного — все как всегда. В отличие от Красной Шапочки с девушками старался держаться галантно, насколько позволяло его состояние, но на ребятах-дилерах отыгрывался по полной. Поэтому менеджер дал указание пит-боссу ставить к нему дилером за стол только представительниц слабого пола, чтобы криков было поменьше. Аркадий в качестве инспектора попал за его стол под утро, когда все деньги уже были обменяны на фишки, а фишки аккуратненько лежали во флоте. На столе перед Валерианом грудилось штук 10–12 четвертачков — остатков прежней роскоши. Выпив немерено водки, Валериан еще пытался как-то играть, а его друг откровенно спал, опустив голову на стол.
Оставшиеся фишки за две раздачи переместились во флот, и Валериан тут же расслабился и успокоился: нет фишек — и не за что сражаться и переживать. Выпив рюмку и откинувшись на спинку стула, сказал, обращаясь к откровенно спящему товарищу:
— Ну что, Вась, проиграли мы. Ну да ладно. У них свое казино, а у нас — свое.
С этими словами он достал из кармана брюк два металлических колпачка, очень похожие на наперстки, используемые при шитье. Из другого кармана вывалил на стол всю мелочь. Собрал в стопку 3 или 4 монетки по копейке и накрыл их одним из колпачков. Сделав возвратно-поступательное движение каждым из них, причем каждый из колпачков он двигал разными руками, толкнул в бок своего товарища: