Змеелов все решал про себя, что, а точнее, сколько рассказать девчонке. Нет, врать он, конечно, не собирался, но и вся правда звучала бы несколько… неожиданно, да и малоправдоподобно. Но раз уж обещал…
— Ну?! — наконец не выдержала маленькая воровка. — А как же история?
— История… — задумчиво протянул тот. — Ну вот, тебе, маленький дознаватель, история. В одном городе жила некогда знатная семья: отец, мать и сын девяти лет от роду. И была та семья настолько предана династии Уммы, что с его смертью оказалась неугодна новому царю. Тогда назвали их новые власти после окончания смуты предателями и с позором изгнали из города в пустыню, дав собой лишь жалкий бурдюк воды на троих, да тощего верблюда. Так и брели они в предрассветных сумерках, постоянно оглядываясь назад, вот как ты, совсем недавно. И не было у них почти никакой надежды выжить в Великой Пустыне. Вот разве что добраться до караван-сарая до тех пор, пока небо не превратилось в гигантскую раскаленную жаровню, и подождать там какой-нибудь караван, чтобы прибиться к нему и дойти безопасно до соседнего города. К полудню им удалось достичь вожделенного оазиса и спрятаться от обжигающих лучей жестокого пустынного солнца.
Однако на этом удача закончилась: в тот день мимо не проходил ни один караван, не пришел он и на следующие сутки. Путники уже приготовились к долгой и мучительной смерти от жажды и зноя, но смилостивились наконец боги, и к вечеру третьего дня у того оазиса остановился небольшой караван, что вез вина с Юга. Взмолился тогда несчастный отец перед караванщиком о том, чтобы взяли их с собой. Сжалился старый караванщик над ними и разрешил присоединиться к купцам, что шли в Альзару — богатый торговый город в восточной части Великой Пустыни… Долго ли, коротко, но показались, наконец, впереди белоснежные стены и башни городской крепости. Пришли беглецы в Альзару, продали верблюда и купили жалкую лачужку в квартале городской нищеты.
Отец мой был превосходным воином и без труда стал учителем фехтования в местной школе наемников. А мать прекрасно пела, и вскоре молва о ее хрустальном голосе разнеслась во все концы Альзары. Ее стали приглашать петь на свадьбах. Тем и перебивались… Даже достаток появился. Но тут вновь обрушилась беда. С одним из караванов пришел в город мор. Много людей погибло, в том числе и родители… Я остался сиротой без куска хлеба, и не знаю, что случилось бы со мной, если б не учитель школы наемников Адапа, что сдружился с моим отцом и не бросил меня в беде… — голос Змеелова пресекся и он вынужден был замолчать на какое-то время, чтобы избавиться от непрошенных воспоминаний. Тия шмыгнула носом, жалостливо посмотрела в его сторону и спросила: