Быстрым шагом я пересёк двор и выглянул из-за забора, но переулок оказался пуст. Ничего и никого.
Пришлось возвращаться к Арчи, который отпаивал вином трясшегося в ознобе сержанта.
– Лицо разглядел? – спросил инквизитор, забирая бутылку.
– Не было у него лица, – выстукивая зубами звонкую дробь, ответил насмерть перепуганный стражник. – Жизнью клянусь, не было!
Я раздосадованно выругался и стряхнул с шапки скатившийся со ската крыши снег.
Снег?
Запрокинув голову, я заметил смазанное движение, и сразу раздался тугой щелчок. На этот раз эльфийский стрелок решил не рисковать и выстрелил практически в упор, как, наверное, не раз стрелял с деревьев в крадущихся по земле людей. Промахнуться он попросту не мог, спас княжеский перстень.
Сверкнул в лунном свете наконечник, но стрела на миг завязла в окружившем меня пологе теней. Я выхватил её прямо из воздуха и сразу шагнул к стене дома, укрываясь под навесом крыши. За спиной звонко лязгнула о заледенелую брусчатку вторая стрела, а потом что-то прошуршало на черепице с другой стороны дома.
Не сговариваясь, мы с Арчи бросились в погоню. Я первым свернул за угол и перекатом проскочил открытое пространство, но эльф к этому времени уже бесследно растворился в ночи.
– Чёрт! – в сердцах выругался я, отряхивая с плаща снег. – Ушёл!
– Надо с этим что-то делать, – проворчал Арчибальд, благоразумно оставаясь под прикрытием стены.
– Надо! – согласился я. – Ещё как надо…
1
Разбудил стук в дверь.
И это было воистину странно: за последнее время такого не случалось ни разу. Обитатели дворца предпочитали лишний раз меня не беспокоить, а лучше – не замечать вовсе.
Неужто пожар?
Откинув одеяло, я уселся на кровати и вытянул из ножен короткий клинок меча.
– Да! – крикнул после этого, и не думая подходить к двери.
– Милорд, господин регент желает вас видеть! – сообщили из коридора.
– Сейчас буду! – откликнулся я и зажал ладонями лицо.
Вчера в замок я вернулся уже под утро, потратив остаток ночи на безрезультатные поиски демона и эльфа, поэтому откровенно не выспался, и голова была просто чугунной.
Но раз Кевин Свори послал за мной в столь ранний час, медлить не стоит. Явно стряслась какая-то беда.
Босиком прошлёпав по холодному полу, я отдёрнул с окна шторы и с болезненным шипением отступил вглубь комнаты. Солнечный свет не просто резанул по глазам; неяркие лучи опалили кожу почище огня.
– Вот гадство! – не сдержался я.
Чудодейственная смесь господина Улыбчивого на деле помогала куда хуже чистого чёрного корня.
Кстати о чёртовом корне…
И тут вновь постучали в дверь.