Значит, у них остается единственная возможность – тайная любовная связь, и, к огромному недовольству, Белинда понимала, что представить себе это гораздо проще, чем замужество. И в последнее время она думает об этом варианте слишком часто. Но у любовной интрижки нет никакого будущего, во всяком случае для женщины ее положения. Если разлетится слух, что леди Федерстон завела тайный роман, ее профессиональная репутация потерпит крах. И ради чего?
Да, Белинда его хочет, но вовсе не любит, да и уважать не может. Это тоже вряд ли изменится, значит, единственное, что тут можно сделать, поступить в точности так, когда Николас поцеловал ее в первый раз, – притвориться, что ничего не произошло, выкинуть его из головы до тех пор, пока он не даст о себе знать, и жить дальше.
Со вновь обретенной решимостью Белинда начала открывать остальные письма в уверенности, что чтение и ответы на них помогут отвлечься, но вскоре обнаружила, что очень заблуждалась.
Первое распечатанное письмо было от миссис Хант. Она интересовалась, когда можно будет пригласить лорда Трабриджа к обеду. «Джералдин, – писала леди, – вроде бы не особенно заинтересовалась маркизом при первой встрече, но есть уверенность, что девушку можно будет убедить, и она изменит свое мнение». Сама миссис Хант сочла его в высшей степени восхитительным, когда познакомилась с ним на балу у леди Монкрифф.
– О да, – пробормотала, вздохнув, Белинда. – Он совершенно восхитителен. К несчастью, вовсе не в том смысле, который готовы одобрить матери юных девушек.
Отложив письмо миссис Хант в сторону, Белинда взялась за остальные, но едва успела просмотреть еще три письма, как наткнулась на записку от Нэнси, интересующейся, как идут дела с поисками жены для Трабриджа. Она предлагала имена нескольких юных леди, только что прибывших из Нью-Йорка и, по ее мнению, вполне подходящих.
Белинда отложила письмо Нэнси и двинулась дальше. Еще через два письма она наткнулась на конверт с именем Шарлотты Джексон.
«О, ради всего святого». Письмо Шарлотты Белинда отшвырнула в сторону, даже не распечатав. Ну как можно не думать о Трабридже, если половина писем – о нем? Окончательно рассердившись, она взяла чистый лист бумаги и выдернула из подставки перо. Подумав несколько мгновений, окунула перо в чернила и быстро нацарапала короткую записку с целью узнать его планы и намерения насчет будущего супружества.
Ответ пришел через несколько дней и состоял из единственной фразы.
«Это брачное предложение?»
Негодующе фыркнув, Белинда отбросила послание в сторону. Брачное предложение, в самом деле. Он отлично знает, что это не так. И все-таки написать еще одно письмо, четкое и убедительное, проясняющее этот вопрос раз и навсегда, просто необходимо. И Белинда снова взяла бумагу и вытащила перо.