Мартин был обескуражен трусливым дезертирством своих товарищей. Ладно, этот старый недожурналюга Тришкин, которого он видит первый раз в жизни, но Стефан! Спасовать на таком моменте… Ведь раньше они вместе чуть не докопались до тех, кто заказал чету Леруа, и если бы не приказ сверху и не желание младшего Леруа давать интервью, то они бы вместе по-любому добрались бы до истины или, когда они делали сюжет про ЧП случившееся на энергетической станции тогда ведь им тоже запрещали, но все равно они работали и репортаж вышел! Правда, под жесткой цензурой и хорошенько обрезанный. А теперь Стефан предлагает сдать назад, когда они уже добрались первыми до чего-то интересного!
— Вы как хотите, а я иду! — вырывая камеру из рук оператора, заявил Мартин.
— Смелый поступок! Но глупый, — уронил Тришкин.
— Вы сами меня к нему подталкивали.
— Вы голубчик полагаете, что люди только на хорошие поступки вас подталкивать будут? — вымолвил Василий Иванович.
Мартин немного постоял, надеясь контр аргументировать заявление старика, но так и не нашел ничего подходящего. Действительно лезть в здание оцепленным КГБ глупо, никто не знает, что произошло внутри, да и последствия репортажа без разрешения могут быть более чем неприятными, да еще совсем не факт, что выпустят в эфир. Рейтинги — это конечно хорошо, и куш сорвет тот, кто первый приоткроет завесу тайны, а не будет толкаться на улице с зеваками. Но как не крути залезать в оцепленное здание преступление, и не факт, что адвокаты канала смогут от такого отмазать. Но кто не рискует тот, как известно и шампанского не пьет.
— Да черт со всеми вами я пошел! — включая фонарик, на камере буркнул журналист и направился к двери.
— Удачи вам! Я вас не сомневался! — крикнул в след Мартину Тришкин.
Коридор вел вверх, пришлось подняться по еще одной лестнице, прежде чем добраться до освещенных помещений, всю дорогу до этого он освещал себе фонариком, который был встроен в камеру.
Журналист все же не мог до конца поверить, что сейчас работает один, ведь последние десять лет не один репортаж не обошелся без Стефана. Пару раз Беккер останавливался и хотел развернуться назад, но, сжимая зубы, двигался вперед. При каждом шаге он взвешивал все за и против, и сомнения в правильности выбора нарастали, словно снежный ком, но он упорно продолжал идти вперед. Ведь возможно больше в жизни так не повезет, проникнуть в здание, где проводится операция КГБ невероятная удача, если конечно можно это назвать удачей.
От раздумий репортера отвлекли звуки выстрелов, они раздавались откуда-то сверху и были ели слышны. Но то, что там наверху лупят автоматной очередью, сомнений не было. Прежде чем включить камеру, он еще раз оглянулся назад, сделал несколько глубоких вдохов и включил камеру.